2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Женщины в нидерландах. Перевод Наталии Лейндерс и Лены ван дер Краусбес

Голландские мужчины. За что мы их любим и что мы им прощаем

Интервью с журналисткой Sophie Perrier, автором книги «De mannen van Nederland»

— Почему ты написала эту книгу?
Я заметила, что после 11 лет в Нидерландах и двух связей с голландцами я все еще не понимаю некоторые вещи.
Мой голландский друг как-то подарил мне сумку. Мне показалось это странным: от своего друга обычно получаешь кольцо или духи, думала я. Ему это казалось избалованностью. Когда я жаловалась, что он мне делает недостаточно комплиментов, он говорил, что я избалована и капризна. Он считает преувеличением каждый день говорить, что я красива и что он меня любит. По его мнению, вы можете намного лучше выразить, что вы друг друга любите, через доброе обращение друг с другом, помощь и внимание. Каждый раз, когда мы ссорились из-за такого рода вещей, мой друг говорил, что причина ссоры лежит во мне. Но сейчас, когда я опросила 35 иностранных женщин, я знаю, что причина лежит не во мне, а в культурных различиях.

— Дай пример таких культурных различий.
Голландцы очень высоко ценят личную свободу. Поэтому мой друг даже после трех лет жизни со мной имеет все еще несколько файлов на компьютере, к которым я не имею доступа. Этого я в начале не могла понять. Все знать друг о друге и все делать вместе — это они называют «слипаться». Слипаться.. Во французском языке такого слова вы не найдете!

— Это все?
Существуют еще и другие отличия. Особенно в области романтики, страсти и флирта голландцы очень сильно отличаются от других европейских мужчин. Они намного сдержаннее, почти застенчивые. В этом отношении француз имеет намного больше общего с китайцем, чем с голландцем. Голландцы – самые верные мужчины в Европе. Из исследования, проведенного крупнейшим производителем презервативов фирмой Durex (можно прочитать здесь — прим. L.K.), видно, что француз в своей жизни в среднем имеет 18,7 сексуальных партнеров, голландец же – 7,3. Даже немцы в рейтинге выше – 8,7. Кроме того, четверть всех голландских мужчин в течение всей своей жизни имеют любовь только с одной единственной женщиной.

— То есть голландский мужчина оказывается наилучшим выбором?
В конце концов да. Но ты хочешь естественно еще и немного напряжения в отношенниях. И здесь голландец не на высоте. Иногда кажется, что голландцы просто боятся страсти и сердечных похождений. Может быто потому, что это – своего рода фактор неуверенности в жизни и он не подходит такому сверхорганизованному обществу, как голландское.

— Эта боязнь страсти переносится голландцами и на секс?
Конечно. Немногие голландцы хотят делать в постели сумасшедшие вещи. Может быть потому, что здесь больше нет табу. Ведь если все дозволено, то совсем не так интересно и волнительно что-то изобретать. Секс с голландцем, согласно одной из опрошенных, протекает согласно устоявшимся правилам. Сначала — ужин у него дома. Он сам приготовил его, поставил свечи — типично голландская романтика. Но прежде чем приступить к сексу — помоги сначала вымыть посуду. А потом уже ты делаешь ЭТО, в постели или на диване… Спонтанно или в странном месте — голландские мужчины этого не любят.

— Это и в самом деле так ужасно?
Это зависит от того, что ты называешь ужасным. Лично я имею хороший опыт с голландцами в области секса. Их «неизобретательность» с лихвой покрывается отсутсвием эгоизма. Это делает их очень изысканными и утонченными любовниками. Они внимательны и ставят собственное удобство на второй план. Также они дают тебе время для себя самой и ты, как женщина, не не должна делать то, что ты не хочешь делать.

— Поэтому вы обращаете внимание на голландцев?
Они еще и красивые высокие блондины, у них большие руки, поэтому они, естественно, выглядят мужественно. Они излучают спокойную силу. Они независимы, уверены в себе и не лгут. И то уважение к женщине, то, далекоидущее равенство, к которому они стремятся — все опрошенные женщины находят это потрясающим.

— Неужели другие мужчины этого не имеют?
Не в той мере. Голландцы принимают женщин всерьез. Поэтому ты можешь с ними намного проще говорить о чувственных вещах. С другой стороны, отсутствие табу вокруг секса зашло в этой стране очень далеко. На телевидении в «разговорных» программах иногда так «технически» об этом говорят, что заниматься любовью становится больше не увлекательным, а чем то таким же обыденным, как есть и пить. Когда я рассказывала французским подругам, что слово «lekker» (вкусно, приятно) в равной степени применимо здесь к еде, принятию душа и к сексу, они посчитали это шуткой…

— Что в этом такого смешного?
Создается ощущение, что голландцы не всегда связывают любовь с сексом. Они рассматривают это только как телесное удовольствие, доставляемое друг другу независимо от того, влюблены они или нет. И ты, как женщина, теряешь ощущение, что ты делишь с партнером что-то особенное. Секс становится лишенным мистики, чем-то вроде посещения сауны — там также нет ничего эротичного

— То есть страсти нет места в отношениях с голландцами?
Голландский мужчина привык рационально, по уму ко всему подходить, в том числе и к взаимоотношениям. Не то что бы он был не мил, конечно он мил. Но в Голландии любовь — уютна и интимна. Повседневная жизнь продолжается независимо от того, насколько ты влюблен. То есть совершать великие поступки, говорить высокие слова во имя любви совсем не обязательно. Например, голландец редко говорит своей подруге, что он скучает по ней, если она далеко. Он, конечно же, скучает по ней, но но находит излишним говорить об этом. Но ведь женщины (иностранные) хотят это слышать! Одна из знакомых однажды, от внезапно нахлынувших чувств, захотела станцевать прямо посреди улицы.. Ее другу это показалось черезчур.

— Слишком они рассудительны…
Точно! «Het poldermodel» они применяют и в любви. Вместо того, чтобы выпустить чувства наружу, голландцы считают разговоры и обсуждения лучшей манерой чего-то добиться друг от друга. Это делает отношения немного проще, и даже прочнее. Проблемы анализируются и решаются. Хотя, было бы неплохо, если вы страсти они держали бы в узде поменьше.

— Что ты имеешь в виду?
Если ты идешь по улице или сидишь в кафе, голландский мужчина предпримет попытку флирта не скоро. Они, кончно, смотрят, но никогда не подойдут к тебе, чтобы заговорить с тобой. Даже если ты «расфуфырена» и сидишь одна в баре. Вначале мне это казалось восхитительным — никакого распускания рук в поезде, приятные часы за чтением в кафе, когда никто не отвлекает тебя беседами. Но после года такой жизни я начала скучать по «напряжению» между мужчиной и женщиной. Что я сделала? Чтобы почувствовать внимание мужчин, я нарочно прогулялась мимо площадки со строителями…

Читать еще:  Кошка умывает котенка рисунок. Как нарисовать кота - советы начинающим художникам

— Правда ли, что строители очень раздражающи?
Иногда, то, что говорят строители может быть очень ординарным. Но речь то идет об игре между мужчиной и женщиной, в которой оба знают правила. Если ты идешь по улице во Франции, то часто получаешь от мужчин комплименты своей внешности. И это может быть очень приятным, а не неприятным и навязчивым. Я имею в виду манеру, с какой преподносится комплимент. Это — искусство, с которым вырастают итальянцы, французы и другие мужчины Южной Европы. К голландцам это не относится.

— Голландские женщины не нуждаются во внимании?
Это так. Голландская женщина хочет, чтобы ее воспринимали как человека, а не как женщину. Но ведь твоя женственность является частью твоей личности. Почему бы не стремиться к тому, чтобы тебя оценили по достоинству и как человека, и как женщину? Ведь одно не исключает другое. Голландские женщины почти не пользуются косметикой, редко носят юбки, потому что мужчины могут нехорошо подумать об их женственности.

— То есть вся проблема находится в голландских женщинах??
Они очень строги. Если мужчина делает шаг с целью флирта, женщина подумает о нем, как о скользком типе. И, как результат, голландские мужчины смертельно бояться отказа. Мужчины из других стран подходят к любой женщине и потом смотрят, кто попадется на удочку. В этом, конечно, есть свои недостатки. Но что привлекает в мужчине, который отваживается на флирт, так это его беззащитность. Это очень забавно. Это дает тебе, как женщине власть, потому что ты решаешь «да» или «нет».

— Возможно голландцы любят инициативных женщин?
Это так, но и из-за уважения тоже. Они не хотят оскорбить женщину, поэтому это может длиться бесконечно, пока он наконец тебя впервые не поцелует. Из исследования фирмы Durex видно, что голландские женщины чаще, чем женщины из дугих стран, берут инициативу в свои руки, так же часто, как и мужчины. Я сильно подозреваю, что голландки, которые не проявляют инициативу, рискуют остаться холостячками. Возможно в этом лежат причины того, что здесь так много одиноких женщин за 30. Ни в одной другой стране общество так спокойно не воспринимает одиночество, незамужество женщин.

— Правда?
Действительные причины лежат в факте, что индивидуальная свобода здесь священна. Поэтому так долго не решаются голландские мужчины заводить детей. Потому что раз ты завел ребенка, тогда ты можешь распрощаться с жизнью в свое удовольствие, такое здесь убеждение. Я считаю это поразительным. Как будто дети разлаживают и разрушают всю твою жизнь.

— Все же это так и есть?
Все в твоих руках. Я смотрю, как трясутся голландцы над своими детьми. Матери переходят на неполный рабочий день и чувствуют себя виноватыми, когда отвозят детей в ясли. Молодые пары переезжают жить в деревню, словно это преступление — воспитывать детей в городе. Если ты устраиваешь праздник, голландцы не приходят, потому что оставить ребенка у няни — безответственно. Французы в этом более расслаблены. Они заводят детей и жизнь просто идет дальше, по-старому.

— Но вы получаете больше помощи от семьи в присмотре за детьми.
Конечно. И все-таки я не понимаю, почему голландки не держатся своего рабочего места. Нигде не получают женщины столько уважения и прав на рабочем месте, как в Голландии. И при этом они не борятся дальше за самую высокую позицию, а собираются сидеть дома или работать парт-тайм, если появляются дети. В голландских газетах, например, экономическая редакция состоит из мужчин. Но в Liberation, где я работаю, в экономическом отделе сидят в основном женщины. В то же самое время они все являются мамами. Они работают обычную полную рабочую неделю, занимаются домашним хозяйством, детьми и еще многим другим.

— Голландские женщины этого просто не хотят?
Это, конечно, определено исторически.Во время Первой мировой войны, в которой Нидерланды не участвовали, француженки должны были делать всю работу, потому что мужчины были на фронте. С того времени у нас в обществе стало считатся нормальным сочетать полный рабочий день с детьми и домашним хозяйством.

— Голландские мужчины больше занимаются домашним хозяйством, чем французы?
Да, по сравнению с другими странами, это так. Голландские мужчины чувствуют себя очень ответственно. Если у них есть ребенок, они заботятся и о нем тоже и часто переходят на 4-х дневную рабочую неделю. Такого вы нигде в Европе не увидите. Папа привозит ребенка на велосипеде в школу и обсуждает с женой его воспитание. Голландцы разговаривают с ребенком как с равноценным собеседником. Ребенок должен рано учится нести за себя ответственность. Голландцы считают нормальным брать на себя домашние обязанности, они не стыдятся быть увиденными своими подружками с кухонным полотенцем в руках. В этом проявляется их любовь. И в этом большинство иностранок заинтересовано больше, чем в дорогих подарках и сладких словах, которые бормочут мужчины. Если вы собираетесь связать свою жизнь с мужчиной надолго, то голландский мужчина становится наилучшим выбором.

Перевод Наталии Лейндерс и Лены ван дер Краусбес

Катлейне ван дер Стихелен: «Успешная женщина-художница — исключение, сломавшее правила»

На вечерние торги старых мастеров Christie’s 6 декабря в Лондоне выставлена картина фламандской художницы XVII века Михаэлины Вотье «История семьи: идеальный брак Исаака и Ребекки». Ретроспектива Михаэлины Вотье, прошедшая этим летом в Антверпене в музее MAS, стала сенсацией в мире искусства и впервые представила художницу и специалистам, и широкому зрителю. Сведения о ней по крупицам собирала куратор выставки, историк искусства, профессор Университета Левена, эксперт по фламандской живописи XVI–XVII веков Катлейне ван дер Стихелен.

В ноябре госпожа Ван дер Стихелен приезжала в Москву по приглашению ярмарки BRAFA и выступила с единственной лекцией в фонде IN ARTIBUS. Специально для ARTANDHOUSES она рассказала о том, как искусствоведы находят новых художников, почему коллекционеры готовы платить за них круглые суммы и какое место занимают женщины в истории искусства.

Михаэлина Вотье была неизвестной художницей вплоть до недавней выставки. Как и когда ее вообще открыли?

Примерно 25 лет назад я была в Музее истории искусств в Вене на конференции. Я изучала фламандских художников XVII века из Антверпена уже долгое время и попросила куратора показать мне один из портретов их коллекции, который приписывался Антонису ван Дейку. Портрет находился в запасниках, и куратор любезно согласился проводить меня в хранилище. Работа, которую я искала, оказалась совсем не интересной и явно была написана не Ван Дейком, но, когда мы уже покидали хранилище, мое внимание привлекла картина большого размера. Это было в отделе фламандской живописи, которую я хорошо знаю, но я не могла предположить, кто мог бы быть ее автором. Я спросила куратора, действительно ли картина — часть фламандской коллекции, и он ответил, что это очень редкая работа и, более того, она написана женщиной. Я была заинтригована — передо мной была великолепная живопись, но ее автор был никому не известен. Так я познакомилась с Михаэлиной Вотье. Я стала искать информацию, увидела другие ее картины в Вене. После первого исследования мне удалось обнаружить десять работ, все они были подписаны, что стало хорошей базой для дальнейшего изучения.

Читать еще:  Приём олицетворения. Олицетворение — это искусство оживлять неживое

Michaelina Wautier
«Self-Portrait»
1649
Private Collection

Вам удалось выяснить, как ее работы оказались в Вене?

Все ее картины, хранящиеся в Музее истории искусств в Вене, происходят из коллекции эрцгерцога Леопольда Вильгельма. Он жил в Брюсселе около десяти лет, с 1647 по 1656 год, и за это время пополнил коллекцию сотнями произведений. Леопольд любил итальянскую живопись, но во время пребывания в Брюсселе он интересовался в основном антверпенскими и брюссельскими художниками. Уезжая из Брюсселя в Вену, он забрал все картины с собой. И уже в Вене поручил одному из приближенных художников составить полную опись своей коллекции. В этом списке значатся четыре картины «мадемуазель Вотье из Монса». Монс — город в бельгийской Валлонии, в голландском варианте он назывался Берген. Таким образом мы узнали, что Михаэлина была достаточно успешна и популярна при жизни, раз смогла заинтересовать эрцгерцога, была родом из Монса, но в середине XVII века, очевидно, жила в Брюсселе и была близка ко двору. Дальше последовали два логичных шага — я отправилась в архивы Монса и Брюсселя и попыталась составить каталог ее работ.

А затем решили организовать выставку?

Я пыталась сделать это в течение многих лет, но никто из директоров музеев, с которыми я разговаривала, не был заинтересован в том, чтобы тратить силы и средства на организацию выставки художницы, которую никто не знает. Их нежелание понятно — любой музей должен зарабатывать. Я обращалась даже в вашингтонский Национальный музей женщин в искусстве, единственный известный мне музей такого рода в мире, но даже они мне отказали. Я была совершенно расстроена. Но тут появилась трехлетняя программа поддержки фламандских мастеров, и в ее рамках — «Антверпенское барокко», которую финансировал Антверпен и офис по туризму Фландрии, что дало возможность привлечь средства. Хотя Михаэлина не работала в Антверпене, XVII век и барокко — это ее время. К тому же в программе совсем не было «особого» искусства — ни гомосексуалистов, ни инвалидов, ни женщин-художниц. Это был наш шанс.

Michaelina Wautier
«Saint Joachim reading»
1655
Kunsthistorisches Museum, Vienna

Что было самым удивительным в процессе изучения Михаэлины?

В первую очередь я была поражена качеством самой живописи. Технически она настоящий виртуоз. К сожалению, мы не знаем многих деталей ее биографии — например, у кого она училась живописи. Известно только, что у нее был брат, который тоже был художником. Я могу предположить, что у него был учитель и он занимался с обоими. Мы знаем, что в 1621 году он был принят в гильдию художников в Брюсселе, и в документах была сделана пометка о том, что он учился где-то за пределами Брюсселя. В работах обоих Вотье очевидно итальянское влияние. Нельзя исключать, что он учился в Италии, и Михаэлина вместе с ним. А может быть, он повлиял на ее живопись, когда вернулся в Брюссель. Пока это остается одним из главных вопросов. Второй удивительный момент заключается в том, что Михаэлина работала во многих жанрах, что было не характерно для того времени. В XVII веке даже среди живописцев-мужчин мало кто совмещал портрет, религиозную живопись, жанровые сцены, цветочные композиции. А Михаэлина писала всё. При этом интересно, что она всё время добавляла к традиционным сюжетам собственные оригинальные детали. Например, в «Мистическом обручении святой Екатерины» на первом плане, разумеется, мы видим саму Екатерину и Христа с кольцом. Но за ней изображена женская фигура с ветвью в руках, у которой нет больше никаких атрибутов, позволяющих ее идентифицировать, при этом она смотрит на Иоанна Крестителя, их взгляды встречаются, и агнец рядом с ним, очевидно, относится не только к Крестителю, но и к этой женской фигуре. Больше я нигде такой трактовки сюжета не встречала. Другой пример — «Автопортрет с мольбертом». Сам по себе он вроде бы типичен, но никогда художники не писали себя с атрибутами ванитас. А Михаэлина размещает на мольберте часы — вещь, безусловно, ценная, но здесь явно свидетельствует не о ее богатстве, а напоминает о бренности всего земного. На прекрасной картине «Два мальчика, пускающих мыльные пузыри» мы видим песочные часы, погасшую свечу, эфемерные лопающиеся пузыри — все атрибуты ванитас. Михаэлина часто задумывается о том, что всё проходит. Но еще любопытнее то, что ее судьба это подтвердила. Она была известна при жизни и абсолютно забыта после XVII века. Может быть, эти изображения говорят нам о ее проницательности, и она предчувствовала, что ее слава мимолетна. В любом случае странно, что она жила с таким ощущением.

Michaelina Wautier
«Two Bubbling Boys»
1640 — 1650
Seattle Art Museum, Gift of Mr. Floyd Naramore

Как же получилось, что настолько выдающаяся художница выпала из поля зрения коллекционеров и историков искусства?

Возможно, она входила в очень узкий круг людей, связанных с эрцгерцогом Леопольдом. А может, была слишком нетипична для своего времени и непонятна современникам. В то время ведь были и другие женщины-художницы. Например, Клара Петерс, писавшая замечательные натюрморты. Но Петерс упоминают многие авторы последующего времени, когда заходит речь о женщинах-живописцах во Фландрии и Нидерландах, а упоминаний о Михаэлине нет.

Тогда как объяснить такой факт: в марте 2016 года, еще до вашей выставки, «Портрет Мартино Мартини, иезуитского миссионера в Китае» кисти Михаэлины Вотье был выставлен на торги Koller в Цюрихе, и при эстимейте €5–8 тыс. продан за €400 тыс. В прошлом году «Женский портрет» на Christie’s ушел за $511,5 тыс. Кто эти коллекционеры, которые готовы платить весомые суммы за неизвестную художницу?

На самом деле в 2016 году на разных торгах было три работы Михаэлины с эстимейтами в пределах 10 тыс., и каждая была продана в районе полумиллиона. Помимо высокого качества живописи, число женщин-художниц среди старых мастеров очень невелико. Мы знаем итальянских барочных художниц, таких как Артемизия Джентилески, Элизабетта Сирани, Софонисба Ангвиссола, и, может быть, еще пару, если говорить о действительно лучших. На севере Европы — Клара Петерс. Кстати, несколько лет назад Королевская галерея Маурицхейс в Гааге купила натюрморт Петерс за €1 млн. Кроме того, из северных авторов стоит упомянуть голландскую жанровую художницу Юдит Лейстер. Ее работ на рынке практически нет, а если появляются, то даже маленький холст вы не купите дешевле миллиона. Но их биографии очень отличаются от Михаэлины. Например, Лейстер происходила из семьи обедневшего пивовара и именно поэтому могла заниматься живописью, не рискуя нарушить социальные стандарты и скомпрометировать семью. Однако, выйдя замуж за художника Яна Моленара, она прекратила занятия живописью. То есть она писала картины ради денег, а не из художественных амбиций или душевной потребности. Михаэлина, напротив, была из богатой аристократической семьи, ее родители были интеллектуалами, ее брат также был художником, они жили в Брюсселе и были близки ко двору. Ее можно сравнить с Софонисбой Ангвиссолой, которая была дочерью знатного отца, ее мать умерла, когда она была совсем ребенком, и отец поддерживал и ее, и сестер в стремлении стать более или менее профессиональными художницами, что и произошло с Софонисбой. Но она оставалась внутри аристократического круга, в отличие от Михаэлины, которая была близка ко двору, но не стала его частью.

Читать еще:  Значение немой сцены в комедии. Значение немой сцены в ревизоре

Michaelina Wautier
«Two girls as Saint Agnes and Saint Dorothea»
Royal Museum of Fine Arts, Antwerp © www.lukasweb.be — Art in Flanders vzw

Известно, каким образом Михаэлина была включена в арт-рынок в свое время?

Очевидно, что Леопольд, заказавший ей четыре работы или выбравший из уже написанных, заплатил за них. Сохранилась запись в дневнике одного из приближенных эрцгерцога, который тоже купил картину Михаэлины за 25 гульденов. Я думаю, когда она писала крупноформатные работы, такие как «Благовещение» или «Обучение Девы Марии», она писала их не для себя, это был официальный заказ, и она зарабатывала таким образом деньги, которые шли в семью. Мы знаем, что пока они с братом жили в Брюсселе, они всё время продавали и покупали земли, дома, заботились о недвижимости. И это говорит, что она не была беззаботной дочерью богатых родителей, рисующей для удовольствия. При этом мы знаем, что она жила в красивом доме в центре Брюсселя. В процессе исследования я столкнулась с чудовищной вещью — в архивных книгах нотариуса именно та книга, в которой, согласно датам, должно находиться завещание Михаэлины, оказалась утрачена. Соседние тома есть, а этого нет. И это большая потеря, поскольку завещание могло бы много рассказать о ее собственности, деньгах, картинах, а также о ее эмоциональной жизни и о людях, которых она любила. Из завещания ее брата Шарля Вотье мы знаем, что она оставила всё, что у нее было, ему, без каких-либо подробностей. Шарль, составлявший завещание около десяти раз, в одном из них просил продать всё имущество с аукциона, и это была бы для нас большая удача, поскольку тогда был бы каталог с описанием имущества. Но в последнем завещании он отменил аукцион и просто оставил всё единственному родственнику, их с Михаэлиной племяннику. Я просмотрела все документы этой семьи. Племянник был богат и имел тринадцать детей, так что дальше собственность была разделена на тринадцать семей, но нигде нет никаких описаний. По идее, в семье должно было остаться много картин, но ни в каких аукционах XVII–XVIII веков мы не встречаем имен Шарля и Михаэлины Вотье. И это тоже способствовало забвению — не было циркуляции картин на рынке. Я связывалась с нынешними наследниками семьи Вотье, они отрицают наличие картин в семье, и, поскольку до сих пор принадлежат к высшему классу, некоторые из них вообще не хотят признавать, что кто-то из предков зарабатывал на жизнь искусством.

Michaelina Wautier
«The education of Mary»
1656
Private Collection, Europe, throught the intermediary of Hoogsteder Museum Foundation, The Hague

Сколько всего работ Михаэлины известно сегодня?

Мы нашли тридцать ее работ, и еще пять картин, представляющих пять чувств, известны по существующим копиям, но мы не знаем, где находятся оригиналы. Примерно половина картин Михаэлины подписаны, остальные атрибутированы по стилистическим признакам. Причем подпись она ставила очень специфическим образом — всегда курсивом и краской, совпадающей по тону с живописным фоном, тон в тон. Из-за этого ее сложно обнаружить.

Помимо Вотье, у вас был более широкий проект о женщинах в искусстве?

Да, в 2000 году вместе с голландскими коллегами мы подготовили большую выставку в Музее современного искусства в Арнеме «Женщины-художники Бельгии и Нидерландов. 1500–1950». Это был первый случай, когда кто-то попытался представить такой срез.

Сколько художниц там было?

Около пятидесяти, несколько работ Михаэлины в том числе.

Не так уж много.

Да, но для выставки мы производили отбор. Для меня лично это была первая большая работа с женским искусством, и с тех пор я всегда подталкиваю своих аспирантов в Университете Левена выбирать в качестве темы диссертации искусство женщин-художниц. Около двадцати пяти диссертаций было защищено, но большинство всё же изучают художниц XIX столетия — это проще, больше источников информации. Есть много тонких моментов в изучении женской иконографии. Например, женщины всегда, во все времена любили писать цветы, даже в начале ХХ века. С другой стороны, можно предположить, что это был единственный жанр, которого от них ожидали. Даже в литературе женскую красоту часто сравнивали с прекрасным цветком. Вопрос в том, был ли выбор цветочного жанра их личным желанием или результатом давления извне.

Michaelina Wautier
«Garland of Flowers with Dragonfly»
1652
SOR Rusche Sammlung Oelde/Berlin

И какой же ответ?

Я не знаю. Я вижу, что даже в современном искусстве художницы всё еще часто обращаются к цветочным мотивам в самых разных формах. Но в начале XXI века уже нет препятствий в выборе тем. Не знаю, как в России, но в Европе женщины-художницы, как правило, не хотят, чтобы подчеркивалась их гендерная принадлежность. Но они всё равно не столь известны, как мужчины, — достаточно посмотреть на ежегодные рейтинги самых дорогих продаж. То же самое происходит в академической сфере. Огромное количество женщин защищают диссертации, но только единицы становятся профессорами. Такие женщины, как Михаэлина, — исключение, сломавшее все правила.

Что знают русские о Голландии?

Лена ван дер Краусбес

Оказывается, очень мало! К визиту нидерландской королевы Беатрикс в 2001 году, в России проводился опрос, результаты которого я и предлагаю вашему вниманию:

* Опрос показал, что россияне довольно мало знают и о Голландии, и о Нидерландах. Так, по мнению 42 процентов граждан РФ, Нидерланды и Голландия — это две разные страны.

* Даже среди людей с высшим образованием более трети опрошенных думают, что Голландия и Нидерланды — разные государства (36 процентов). Только 28 процентов россиян знают, что это одна страна.

* Россияне также слабо себе представляют, какой город является столицей Голландии, — только 17 процентов участников опроса дали правильный ответ — Амстердам. Среди неправильных чаще других называли Копенгаген, а кроме него — Осло. Заявили, что не знают, какой город является столицей Голландии, 78 процентов опрошенных.

* Самые известные в России голландцы — художники Ван Гог и Рембрандт, футболисты Гуллит, Кройф и Ван Бастен.

* Кроме них россияне (в основном, москвичи) вспоминали философа Спинозу, художников Рубенса и Ван Дейка. Интересно, что среди знаменитых голландцев упоминались норвежцы Р. Амундсен, Ф. Нансен и датский сказочник Г. Х. Андерсен.

* Некоторые респонденты путают Голландию с Гренландией — видимо, по созвучию. Отвечая на открытый вопрос, «что в первую очередь приходит вам в голову, когда вы слышите слово «Голландия», эти участники опроса говорили «снег», «лед, горы, север», «горы высокие», «холодная гористая местность».

* Чаще всего слово «Голландия» вызывает ассоциации с высокоразвитым сельским хозяйством (29 процентов).

* «Голландия — страна цветов», — говорят 17 процентов опрошенных («голландские розы», «море тюльпанов», «мировой цветочный рынок»).

* Высокий уровень жизни, процветающую экономику Голландии упоминают, отвечая на вопрос, 5 процентов респондентов («богатая страна», «маленькая страна с высоким уровнем жизни», «сытая жизнь»).

* У 3 процентов россиян Голландия прочно ассоциируется с футболом («амстердамский «Аякс», «хороший футбол — оранжевые майки»).

* Исторические ассоциации, связанные с Голландией, возникают у 2 процентов опрошенных. В основном, россияне вспоминают, что Петр I посещал Голландию и «много взял для России, для флота».

* Еще 2 процента россиян при слове «Голландия» вспоминают легализацию эвтаназии, наркотиков, проституции, гомосексуальных браков.

Источники:

http://www.gollandia.com/mannen/
http://art-and-houses.ru/2018/12/04/katlejne-van-der-stihelen-uspeshnaya-zhenshhina-hudozhnitsa-isklyuchenie-slomavshee-pravila/
http://www.stranamam.ru/post/189749/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector