1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Чума а камю в наше время. «Проблематика, художественное своеобразие романа «Чума

Cочинение «Философская проблематика романа А. Камю «Чума»»

Творчество А. Камю с примером плодотворного объединения талантов писателя и философа. В своих произведениях А. Камю размышляет над абсурдностью мира и смыслом бытия человека в нем. Человека художник ставит превыше всего. Этот создание, мыслящее, полное ответственности за все существо. Он должен вмешиваться в поле зла и бессмыслицы; жизнь, бунтовать против имеющегося в жизни абсурда, бороться с отчаянием, выполнять свою обязанность. Роман-притча «Чума» был опубликован 1947 г. По свидетельству самого Камю «явное содержание «Чумы» — это борьба европейского Сопротивления против нацизма». «С помощью чумы я хочу передать атмосферу духоты, в которой мы прозябали, атмосферу угрозы и изгнания, в которой мы жили. Вместе с тем я распространил значение этого образа на бытие вообще».

В этом романе А. Камю с чрезвычайной остротой поставил философскими проблемы добра и зла, морального выбора человека: покориться неотвратимой или, даже не имея надежды на победу, бунтовать против непреодолимого зла. Действие произведения происходит в алжирском городе Оран, который охватила эпидемия чумы. И болезнь начинается внезапно, ее никто не ждал. И когда ленты, носители чумы массово умирают в городе, никто в нее не верит. «Как они должны были поверить в чуму, которая сразу перечеркивает будущее? Они были свободны, но никто не будет свободным, пока существуют бедствия».

Доктор Риэ одним из первых осознал критичность ситуации и понял, что в таком положении полагаться можно только на повседневную работу, которая «гласит — это хорошо делать свое дело». Он призывает к борьбе: «…Когда видишь сколько беды и горя приносит чума, надо быть сумасшедшим слепцом или просто негодяем, лишь бы примириться с чумой». И хотя для врача чума — это «неминуемое поражение», он не опускает руки. «…Вокруг меня тьма, а я пробую пусть хоть что-нибудь в ней увидеть. …Я не знаю, ни что меня ждет, ни что будет. Сейчас есть больные и надо их лечить. Я спасаю их, как умею, да и все». Для него важнейшее в жизни — оставаться человеком при любых обстоятельствах. Другой герой, который также достойно выполняет свой общественный долг человека — Жан Тарру. Он понимает, что бедствие, а это, и жертвы — безграничные. Тем не менее, Тарру старается встать по другую сторону бедствия. Парижский журналист Рамбер, который от начала карантина старался всеми правдами и неправдами оставить зачумленный город, чтобы поехать к любимой женщине, со временем ощутил, что ему «стыдно быть счастливым одному» во время тяжелого периода, и поэтому он остается в Оране. Он самоотверженно работает в санитарной службе. Риэ и его единомышленники — мыслитель Тарру, служащий Гран, журналист Рамбер и другие — организовывают дружины, чтобы по мере своих сил противостоять чуме, не остаться в стороне. Они знают, что «надо бороться тем или иным способом, ни за что не опускать руки». Эти добровольные дружины выезжают на вызовы, изолируют зачумленных, вывозят трупы, помогают жителям Орана «войти в чуму», понять, что она является делом всех, и сделать свой выбор.

И вот за год чума начала отступать, начала терять свои силы; она будто истощилась, сама себя исчерпала. «Уже с одного того, как выпускала она со своих, когтей явным образом обреченных насмерть жертв, …из того, как она запыхалась и суетилась, можно было с уверенностью сказать, что она истрепана, утомлена, в чем-то разладилась, будто, теряя власть над собой, чума вместе с тем утратила свою мощь, действенность, бывший источник своей силы».

Читать еще:  Нравственная культура организации. Понятие нравственной культуры

Замечательным февральским утром на рассвете в конце концов отворили

«Проблематика, художественное своеобразие романа «Чума»»

Проблеме метафизического бунта посвящена пьеса Камю «Калигула». Непосредственным историческим источником сюжета является сочинение римского историка и писателя I в. Светония «О жизни двенадцати цезарей». Камю читал «Калигулу» Светония. Он был очарован этой личностью. Он постоянно говорил о нем. В процессе художественной обработки исторического материала Камю отказывается от конкретно-исторического анализа и рассматривает главного героя как носителя метафизического бунта, а его трагедию как трагедию «верховного самоубийства».

В 1958 г. в предисловии к американскому изданию сборника пьес Камю писал: ««Калигула» – это история верховного самоубийства. История, которая в высшей степени трагична и человечна. Из верности самому себе, неверный по отношению к ближним, Калигула соглашается умереть, поняв, что никто не может спастись в одиночку и что нельзя быть свободным против других людей». Потеряв любимую женщину, молодой император осознает простую истину: «Люди умирают, и они несчастны». Калигулу раздражает успокоительная ложь, которая его окружает. Он хочет «жить по правде». Император хочет изменить существующий порядок бытия. Его власть и свобода беспредельны.

Постижение абсурдности жизни делает из доброго и созерцательного Калигулы жестокого тирана, убивающего своих подданных. В финале пьесы Калигула терпит поражение. Он осознает свою неправоту и потому сам обрекает себя на смерть. Зная о готовящемся заговоре, он ничего не делает, чтобы предотвратить его. «Если правда Калигулы – в его бунте, то его ошибка – в отрицании людей. Нельзя все разрушить, не разрушив самого себя», – писал впоследствии Камю. Второй период творчества Камю завершает его философская работа «Бунтующий человек» («L’homme révolté», 1951), в которой писатель прослеживает историю идеи бунта.

Писатель последовательно рассматривает «метафизический», «исторический» бунт, «бунт и искусство». Исходным пунктом его философии остаются абсурд и вытекающий из него бунт. Однако в «Бунтующем человеке» дана несколько иная трактовка бунта. Бунт отныне не просто «отказ от примирения», но требование человеческой солидарности, признание ценности «другого». «В бунте человек воссоединяется с другими людьми, и с этой точки зрения человеческая солидарность является метафизической», – писал Камю. Таким образом, в «Бунтующем человеке» «индивидуальная ценность личности обретает общечеловеческое значение и смысл».

Роман «Чума» (1947) написан в жанре хроники, чумной год в небольшом захолустном городке Оране на побережье Средиземного моря. Повествовательная манера в «Чуме» сориентирована на достоверность документального свидетельства, на скрупулезность, точность протокольной записи. В центре романа – не судьба индивидуума, но трагедия общества. это не столкновение отдельных личностей, но встреча человечества с безличной и грозной чумой, неким абсолютным злом. Абсурд перестает быть неуловимым, он обрел образ, который может и должен быть точно воссоздан, изучен ученым, историком. Чума — образ аллегорический, но самое очевидное его значение расшифровывается без всякого труда: фашизм, война, оккупация.

Бернар Риэ, в отличие от Мерсо, предпочитает говорить «мы», а не «я», предпочитает говорить о «нас». Риэ не «посторонний», он «местный», к тому же он «местный врач» — невозможно представить себе врача, который устраняется от людей. Поведение человека определяется теперь не всесильным абсурдом, но выбором относительно определенной задачи, имеющей значение и оценивающей каждого. В «Чуме» много действующих лиц, много вариантов выбора. Здесь есть и «посторонний», журналист Рамбер, который не из «этих мест», пытается устраниться. Есть здесь «имморалист», выродившийся в мелкого жулика. Есть обитатель «башни слоновой кости», одержимый флоберовскими «муками слова». Есть и священник, однако вера не возвращается на землю, зараженную чумой. Позитивное утверждается в «Чуме» не как истина, не в качестве идеала, а как выполнение элементарного долга, как работа, необходимость которой диктуется смертельной угрозой. Не убий — такова нравственная основа деятельности «врачей».

Читать еще:  Социально культурная новизна драматургии островского. Драматургия А

Профессия врача дает возможность герою романа обходиться без идей, просто делать привычное дело, не ломая голову над сложными вопросами, не забивая ее идеологией, которая отпугивает «санитаров» Камю. Чума — не только аллегорический образ фашизма. Камю сохраняет, наряду с социальным, метафизический смысл метафоры. Герои романа—практики, «врачи» еще и потому, что болезнь неизлечима, болезнь поразила само существование, которое неизлечимо абсурдно. Врачи не справились с болезнью, она ушла сама — чтобы вернуться.

Вот почему в облике Риэ нетрудно рассмотреть черты Сизифа. Как и Сизифа, Риэ не ожидает победа, ему дано только знание беды и возможность утвердить свое достоинство, свою человечность в безнадежном сражении со смертью. Первые наброски сюжета «Чумы» и выход законченной книги в свет разделяют почти десять лет: отдельные персонажи, которых мы обнаруживаем в повести, появляются в записных книжках Камю еще в 1938 г. Несомненно, одним из событий, самым непосредственным образом определившим ход работы над книгой, стала война: чуть ли не буквальные отсылки рассеяны по всей книге.

Вариант заголовка «Чума или приключение (роман)», помечает Камю в записных книжках. В следующем году Камю значительно увеличивает количество четко обрисованных персонажей (так, например, появляются Коттар и старик астматик). Первые наброски цельной рукописи значительным образом отличаются от окончательного варианта; так, например, изменен порядок глав и отдельных описаний, отсутствуют персонажи Рамбера и Грана.

Камю «Чума» — сочинение «Проблематика, художественное своеобразие романа «Чума»»

Проблеме метафизического бунта посвящена пьеса Камю «Калигула». Непосредственным историческим источником сюжета является сочинение римского историка и писателя I в. Светония «О жизни двенадцати цезарей». Камю читал «Калигулу» Светония. Он был очарован этой личностью. Он постоянно говорил о нем. В процессе художественной обработки исторического материала Камю отказывается от конкретно-исторического анализа и рассматривает главного героя как носителя метафизического бунта, а его трагедию как трагедию «верховного самоубийства».

В 1958 г. в предисловии к американскому изданию сборника пьес Камю писал: ««Калигула» – это история верховного самоубийства. История, которая в высшей степени трагична и человечна. Из верности самому себе, неверный по отношению к ближним, Калигула соглашается умереть, поняв, что никто не может спастись в одиночку и что нельзя быть свободным против других людей». Потеряв любимую женщину, молодой император осознает простую истину: «Люди умирают, и они несчастны». Калигулу раздражает успокоительная ложь, которая его окружает. Он хочет «жить по правде». Император хочет изменить существующий порядок бытия. Его власть и свобода беспредельны.

Постижение абсурдности жизни делает из доброго и созерцательного Калигулы жестокого тирана, убивающего своих подданных. В финале пьесы Калигула терпит поражение. Он осознает свою неправоту и потому сам обрекает себя на смерть. Зная о готовящемся заговоре, он ничего не делает, чтобы предотвратить его. «Если правда Калигулы – в его бунте, то его ошибка – в отрицании людей. Нельзя все разрушить, не разрушив самого себя», – писал впоследствии Камю. Второй период творчества Камю завершает его философская работа «Бунтующий человек» («L’homme révolté», 1951), в которой писатель прослеживает историю идеи бунта.

Читать еще:  Поющий принц 4 сезон реальная 4000 любовь. Поющий Принц: Волшебная Любовь

Писатель последовательно рассматривает «метафизический», «исторический» бунт, «бунт и искусство». Исходным пунктом его философии остаются абсурд и вытекающий из него бунт. Однако в «Бунтующем человеке» дана несколько иная трактовка бунта. Бунт отныне не просто «отказ от примирения», но требование человеческой солидарности, признание ценности «другого». «В бунте человек воссоединяется с другими людьми, и с этой точки зрения человеческая солидарность является метафизической», – писал Камю. Таким образом, в «Бунтующем человеке» «индивидуальная ценность личности обретает общечеловеческое значение и смысл».

Роман «Чума» (1947) написан в жанре хроники, чумной год в небольшом захолустном городке Оране на побережье Средиземного моря. Повествовательная манера в «Чуме» сориентирована на достоверность документального свидетельства, на скрупулезность, точность протокольной записи. В центре романа – не судьба индивидуума, но трагедия общества. это не столкновение отдельных личностей, но встреча человечества с безличной и грозной чумой, неким абсолютным злом. Абсурд перестает быть неуловимым, он обрел образ, который может и должен быть точно воссоздан, изучен ученым, историком. Чума — образ аллегорический, но самое очевидное его значение расшифровывается без всякого труда: фашизм, война, оккупация.

Бернар Риэ, в отличие от Мерсо, предпочитает говорить «мы», а не «я», предпочитает говорить о «нас». Риэ не «посторонний», он «местный», к тому же он «местный врач» — невозможно представить себе врача, который устраняется от людей. Поведение человека определяется теперь не всесильным абсурдом, но выбором относительно определенной задачи, имеющей значение и оценивающей каждого. В «Чуме» много действующих лиц, много вариантов выбора. Здесь есть и «посторонний», журналист Рамбер, который не из «этих мест», пытается устраниться. Есть здесь «имморалист», выродившийся в мелкого жулика. Есть обитатель «башни слоновой кости», одержимый флоберовскими «муками слова». Есть и священник, однако вера не возвращается на землю, зараженную чумой. Позитивное утверждается в «Чуме» не как истина, не в качестве идеала, а как выполнение элементарного долга, как работа, необходимость которой диктуется смертельной угрозой. Не убий — такова нравственная основа деятельности «врачей».

Профессия врача дает возможность герою романа обходиться без идей, просто делать привычное дело, не ломая голову над сложными вопросами, не забивая ее идеологией, которая отпугивает «санитаров» Камю. Чума — не только аллегорический образ фашизма. Камю сохраняет, наряду с социальным, метафизический смысл метафоры. Герои романа—практики, «врачи» еще и потому, что болезнь неизлечима, болезнь поразила само существование, которое неизлечимо абсурдно. Врачи не справились с болезнью, она ушла сама — чтобы вернуться.

Вот почему в облике Риэ нетрудно рассмотреть черты Сизифа. Как и Сизифа, Риэ не ожидает победа, ему дано только знание беды и возможность утвердить свое достоинство, свою человечность в безнадежном сражении со смертью. Первые наброски сюжета «Чумы» и выход законченной книги в свет разделяют почти десять лет: отдельные персонажи, которых мы обнаруживаем в повести, появляются в записных книжках Камю еще в 1938 г. Несомненно, одним из событий, самым непосредственным образом определившим ход работы над книгой, стала война: чуть ли не буквальные отсылки рассеяны по всей книге.

Вариант заголовка «Чума или приключение (роман)», помечает Камю в записных книжках. В следующем году Камю значительно увеличивает количество четко обрисованных персонажей (так, например, появляются Коттар и старик астматик). Первые наброски цельной рукописи значительным образом отличаются от окончательного варианта; так, например, изменен порядок глав и отдельных описаний, отсутствуют персонажи Рамбера и Грана.

Источники:

http://mysoch.ru/sochineniya/kamu/_story/chuma/filosofskaia_problematika_romana_a_kamu_huma/
http://www.allsoch.ru/sochineniya/26596
http://sochinenie-class.ru/kamyu-chuma-sochinenie-problematika-hudozhestvennoe-svoeobrazie-romana-chuma/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector