1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Эдриан ноубл о своем спектакле. И куда смотрит Минкульт или на злобу дня

«Маленький кусочек гашиша». Блог в ЖЖ показал другую жизнь нового министра культуры

Анатолий Минкин, Ольга Нижельская

Православие с телевидением

Ольга Любимова окончила православную гимназию, откуда пошла на журфак МГУ и факультет театроведения ГИТИС. После она честно признавалась, что охладела к православию. Однако после поступления в вуз она начала заниматься съемкой программ о церкви.

Все началось с того, что ее друг привел в Информационное агентство Русской православной церкви, где она начала свою работу. Команда, в которую попала Ольга, научила ее снимать сюжеты о священниках и вере так, как не делал до этого никто. Они показывали не купола и службы, а как священники с детьми играют в футбол, учат их делать мечи в кружке реконструкторов.

После было «Останкино», о котором Ольга Любимова вспоминала в своем блоге. Вообще, телевидение — это всегда сборище дружных хулиганов. После закрытия ресторанчика «Кафемакс» на первом этаже телецентра, главного места встреч телевизионной тусовки, она написала своеобразную эпитафию в своем блоге: «Сколько карьер не состоится, сколько сделок сорвется, сколько женщин не проснется рядом с вами, дорогие останкинские одинокие мачи» (орфография и пунктуация автора сохранены).

В Министерство культуры Ольга Любимова пришла в 2015 году сначала советником — в департамент кинематографии, а в январе 2018 года она уже возглавила этот ведомственный отдел.

На своем посту она запомнится фразой о том, что нужно разделять фестивальное и хорошее кино. Она пояснила, что показ картины на двух региональных просмотрах говорит о том, что проект не удался, и прикрываться авторским замыслом не нужно.

Что такое «кропалик»?

Фотографию Ольги Любимовой в футболке со знаменитой фразой, которая заканчивается нецензурным словом, опубликовал на своем канале в Telegram журналист Олег Кашин, сопроводив надписью: «Крутая!».

Источник фото: t.me/kashinguru

Сама фраза звучала в коротком отрывке исходных видео для сюжета телеканала НТВ «Ликвидация Лешего», который вышел в 2008 году. Ролик быстро разошелся по Сети, особенно после того как блогер kolyadanik в LiveJournal заявил, что это будущий мем. Окончательно обессмертил фразу YouTube-блогер Макс +100 500. Первая находка из прошлого Любимовой многим пришлась по душе.

Чуть позже в Сети появились выдержки из блога министра культуры в LiveJournal, который она перестала вести почти 10 лет назад. Он называется «Кропалик».

Любимова объяснила это название так: «Кропалик — это маленький кусочек гашиша. Раньше я думала, что мой ник появился вследствие этой причины. Теперь, с появлением ЖЖ, понимаю, что „Кропалик“ — это от слова „кропать“». В Сети оказался скрин поста под названием «Лист позора». Ольга написала его в декабре 2008 года. В тексте рассказала, что не смогла заставить себя пойти на концерт классической музыки, куда ее пригласила подруга.

Источник фото: kropalik.livejournal.com

«Выяснила неожиданно для себя, что я ни хрена не культурный человек», — написала Ольга и составила список вещей, которые она не переносит. Кроме классической музыки туда вошли опера, балет, музеи, выставки, вечера памяти, шествия, митинги, юбилеи. Она призналась, что не была в Лувре, не хочет видеть «Джоконду», не хочет в Швейцарию, не разбирается в артхаусном кино и плохо знает мировой кинематограф.

«В любом музее, как в церкви рефлекторно ищу святыню, чтоб приложиться и побыстрее свалить», — написала Ольга. Когда она рассказала об этом маме, то та решила, что дочь недостаточно много водили по музеям и консерваториям.

«А я думаю, что если бы водили еще больше, я бы уже вообще в тюрьме сидела», — подчеркнула она.

В Сети появились отзывы, что новый министр культуры хорошо и интересно пишет. Хоть блог и старый.

Источник фото: t.me/oversized_shirts

На момент написания материала Любимова удалила все записи из своего блога.

Люди меняются

Обращать внимание на то, что нынешний министр культуры написала 10 лет назад, сегодня неправильно. Любимова работает в ведомстве уже несколько лет и получила пост министра не просто так. Об этом «360» заявил режиссер Сарик Андреасян.

В начале разговора он честно признался, что тоже, как и Любимова, не разбирается в опере. «Ничего постыдного, чтобы признаться в этом, нет», — подчеркнул он.

По словам режиссера, от нового руководителя Министерства культуры он ждет только позитивных изменений, потому что Любимова уже зарекомендовала себя на посту главы департамента кинематографии.

Читать еще:  Реализм в литературе. Характерные черты и представители направления

«Мне кажется, что любые перемены — они к лучшему. Она несколько лет работает в Министерстве культуры, и плохого от нее никто никогда не слышал. И никогда ничего сомнительного с ее стороны сделано не было. Поэтому я думаю, что все будет хорошо», — сказал Сарик Андреасян.

Он особо отметил, что в ближайшие два года изменения курса в области кинематографа ожидать не стоит, так как все фильмы, которые выйдут в прокат, сняли еще при прошлом министре.

«Я думаю, что о ее работе можно сделать вывод только через два-три года», — отметил он.

При этом режиссер еще раз подчеркнул, что о новом министре нельзя судить по записям в блоге, которые она сделала 10 лет назад. На государственной службе человек меняется. От него требуют более строгого поведения.

В одном Сарик Андреасян точно уверен: Ольга Любимова хорошо разбирается в кино: «Работая в департаменте, она понимала, как работают продюсеры, насколько фильм социально значим, как он пройдет в прокате. То есть она приобрела те навыки, которые свойственны министру культуры», — подытожил он.

Почему Минкульт поддерживает и финансирует пошлость?

Здравствуйте! Спектакли на остросоциальные темы с обилием пошлости и почти открытой пропагандой «нетрадиционной» любви получают поддержку минкульта, выигрывают лучшие театральные награды и получают гранты. Почему так происходит? Кому нужно и выгодно уничтожать русский театр? Попробуем ответить на эти вопросы и обменяемся мнениями.

Дорогие читатели, несколько дней назад я написал статью о том, как режиссёр Кирилл Серебренников обучает своих студентов. (Читайте тут ) Эта тема давно беспокоит меня, ведь новое поколение артистов считает нормальным современное искусство и новые веяния. Вы в комментариях справедливо заметили, что если такие спектакли существуют и процветают, значит это кому-то нужно! Кто-то из Вас писал, что идёт целенаправленное уничтожение культуры и оболванивание население. Я думаю, что всё гораздо проще. Начинаем!

Странные спектакли и фильмы давно появились на наших сценах и экранах. Режиссёры — новаторы, как они сами себя называют, были всегда. Только вот, существовали они в подполье и увидеть их творения можно было только изъявив большое желание. Теперь же, все ведущие театры нашей страны показывают пошлость и ситуация стала противоположной. Сейчас нужно сильно постараться, чтобы посмотреть что-то достойное. Кирилл Серебренников, Константин Богомолов и многие другие предлагают зрителю совершенно иное видение на классику, обнажёнку, мат, странный символизм и т.д. Такие спектакли стали этакой модой и бешеными темпами распространяются по всей стране. Это пришло и в оперу, и в балет, что меня лично печалит ещё больше. Так кому же нужно такое «искусство», кроме самих режиссёров — новаторов? Может быть, зрителю?

Судя по Вашим комментариям и отзывам других людей, зрителю такое «искусство» совсем не нужно. Как же много отзывов — пришли на классику, а видим не пойми что! Конечно, есть и хорошие спектакли у этих режиссёров, но их трудно отыскать в общей массе. Мне вот несколько раз не повезло оказаться на жутком, извращённом действии, хотя в афише А.Чехов или М. Лермонтов. По моему мнению, причина такой популярности «современного» искусства в моде. Такие же спектакли идут во всём мире, особенно, в культурной Европе. Чем мы хуже? Чтобы участвовать в иностранных фестивалях, нужно соответствовать, вот и получаем подражание западу. Но с этим подражанием уходит наш исконно — русский театр. И мода на пошлость, глянцевость и неоправданный символизм побеждает. Минкульт поддерживает таких режиссёров, потому что они берут «маски», приносят прибыль и побеждают на иностранных площадках. Какую прибыль — спросите Вы. Билеты на спектакли модных режиссёров стоят очень дорого, и поход в театр на пошлый спектакль стал признаком достатка и высокой культуры. Богатый человек может ничего не понять, что происходит на сцене, но он расскажет знакомым, что видел модный спектакль.

Всё это весьма печально. Прибавим к этому раскрученную рекламу, хвалебные отзывы ведущих критиков и всё меньшее количество прекрасных классических произведений, до которых пока не дотянулись руки современных новаторов. Как это победить? — спросите Вы. Я думаю, что всё идёт с «головы»! Пока наш МинКульт поддерживает такое «искусство», нам придётся тщательнее изучать отзывы в интернете и оберегать детей от похода на школьную программу, которая может шокировать! Я думаю это пройдёт, но нельзя молчать об этом и делать вид, что всё хорошо. В конце концов, как говорили мои педагоги — «Если не знаешь как поставить спектакль, сделай это странно и кто-то в этом что-то увидит.» Вот и находятся те, кто что-то в этом видит.

Мне очень важно и интересно Ваше мнение, дорогие читатели! Согласны ли Вы со мной или нет? Пишите Ваши мысли в комментариях. Спасибо. Ставьте «лайк», если понравилась статья. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые и интересные выпуски. Удачи Вам и поменьше разочарований в кино и театре.

Читайте также:

Все изображения и фотографии взяты из открытых источников

Читать еще:  Король страны сновидений. Лавкрафт Говард Филипс: литературное наследие

Кино на «Снобе»: долгое прощание с родиной в драме на злобу дня «Валить нельзя остаться»

Спецпроект, посвященный лучшим молодым фильмам, продолжает психологический очерк Никиты Сутырина, герой которого задается весьма актуальным для наших беспокойных дней вопросом

Поделиться:

Никите Сутырину 33 года. В Екатеринбурге он окончил журфак Уральского государственного университета им. М. Горького, после чего поступил в документальную мастерскую Бориса Караджева и Ефима Резникова во ВГИКе. В документалистике Никита заявил о себе рядом короткометражных и среднеметражных работ, отмеченных на фестивалях в России и за рубежом. Получасовой фильм «Валить нельзя остаться», премьера которого состоялась на фестивале «Движение», — игровой дебют Никиты. Онлайн-премьера — у нас.

Видеодром. С тех пор как начал писать, поступил на журфак, стал работать на телевидении и ощутил там этот специфический кайф — во взаимодействии с жизнью, реальностью, в организации ее в некое законченное творческое высказывание. Правда, тогда больше доводилось делать короткие сюжеты и репортажи: днем снимаешь, вечером — эфир. А хотелось большего осмысления действительности — более тщательно думать над формой, подробно и вдумчиво работать с героями, хотелось рассчитывать на эстетическую и художественную ценность продукта, наконец. В Екатеринбурге ежегодно проходит фестиваль неигрового кино «Россия», где традиционно работают или бывают как зрители не только журфаковцы, но и творческая молодежь Урала вообще. Так в моей жизни появилось документальное кино. В какой-то момент я решил поехать в Москву и попытать счастья во ВГИКе. Вот, собственно, и попытал.

Молодежная политика. Первая моя студенческая работа называлась «Внутренний джихад». Для меня очень важно было сделать свое первое кино именно в Ебурге, на уральском материале — на тот момент это был главный и единственный бэкграунд, который я накопил. Мне казалось, я знаю и чувствую эту среду, которая взрастила меня. Для меня «Джихад» был манифестом молодого человека в современном мире, в современном большом городе. Конечно, во многом кино было ученическим, «зеленым», но я делал кино про себя, про свой город, про свое поколение. Герой «Джихада» — мой сверстник, журналист и музыкант — баллотируется в мэры Екатеринбурга. Его зарегистрировали как «дублера» или «молотка» — так это называлось на политтехнологическом сленге в эпоху, когда в стране еще были выборы. Но мой герой не захотел играть сугубо техническую роль в игре взрослых дядек, а стал привлекать внимание общественности к проблемам молодежи, пиарить свою группу. Серьезной избирательной кампании, понятно, не получилось. Это был, скорее, концептуальный перформанс, который сам герой охарактеризовал как «внутренний джихад».

Околофутбола. Следующий свой фильм я снимал в Нидерландах. Будучи студентом ВГИКа, я поехал по обмену снимать кино. Голландские же студенты в свою очередь приезжали к нам — мы им здесь помогали снимать, переводили. Сегодня забавно вспоминать, как я выбирал тему для документального исследования, не зная на тот момент не просто реалий западной жизни, но и толком английского языка. Впрочем, когда тебе 23, это почему-то не кажется проблемой, и вот я задался целью познакомиться с местными околофутбольными хулиганами, как-нибудь втереться к ним в доверие и поснимать их жизнь, быт, отношения. В голландской околофутбольной сфере заметно присутствует жесткое противостояние фанатов футбольных клубов Ajax (Амстердам) и Feyenoord (Роттердам). Околофутбольщики с обеих сторон — довольно ядреные ребята, которые уже много лет друг с другом воюют. Десять лет назад социальных сетей еще не было, но был ЖЖ, сайты, форумы — кое-кого из своих героев я нашел в интернете, кое-кого — уже на стадионе. В итоге получилась короткометражка «Нападающие».

Юлий Цезарь герой. Курсе на втором я выработал для себя некую технологию, которую в шутку называл «документальный десант»: когда тебя, образно говоря, «забрасывают» с камерой в какой-нибудь заграничный кинолагерь, в киномастерскую или на семинар в незнакомый город, за границу, куда угодно. И в течение недели, иногда двух, месяца ты должен найти тему, героя и снять там документальное кино. Короткометражное, разумеется, но полноценное творческое высказывание. Неплохой такой самообразовательный «курс молодого документалиста» — я, учась во ВГИКе, таким образом сделал кино в Косово, Сербии, на Украине, даже написал теоретическую часть диплома об этом методе, где назвал его в честь Цезаря «Пришел, увидел — снял, смонтировал». Правда, над самим дипломным фильмом работал уже совершенно в другом ключе — это уже был фильм на 35 мм.

Первое название. «Валить нельзя остаться» я считаю игровым дебютом. До этого у меня была игровая короткометражка «Другой берег», которую я снимал в Мальмо, Швеция. Это был результат недельного международного воркшопа, я им в общем-то доволен. Но ребята, которые обладали правами на это кино, никак им, к сожалению, практически не занимались, и оно так и легло на шведскую полку. Что касается «Валить нельзя остаться», это была полноценная работа над сценарием, изобразительным решением, отбор локаций, репетиции с актерами, так что дебютом, думаю, правильнее считать именно этот фильм.

Читать еще:  Не все коту масленица кто автор. Не все коту масленица пословица значение

Валить нельзя. Название — отнюдь не плод бессонных ночей, я не делал ни лонг-листа, ни шорт-листа удачных заголовков. Наверное, это тот случай, когда проще списать все на банальное озарение. Фраза «Валить нельзя остаться» родилась на самой ранней стадии, еще до окончания первого драфта. И сразу стало понятно, что это название — то что надо. А в качестве реплики одного из героев оно было уже добавлено на съемках. С названием, кстати, связана смешная история: когда стало понятно, что фильму быть, в документах производящей компании куда-то пропало последнее слово. И формально во всех бумагах Минкульта и в договорах кино проходило как «Валить нельзя». Юристы клянутся, что это простое недоразумение, однако в сегодняшних реалиях нашей жизни сложно не увидеть в этой оплошности фрейдистский подтекст или мрачное предзнаменование.

Странная любовь. Эта тема, что называется, звучит телеграфной струной: снимая про эмиграцию, я ничем специально не вдохновлялся. Это довольно ощутимый вектор рефлексии целого ряда друзей, коллег, знакомых. За время, что мы делали это кино, для кого-то эти переживания из хронической формы перешли в более острую. Очень хотелось сделать кино социальное, насущное, полезное. При этом не скатываться в злободневный памфлет, не делать однозначного политического высказывания. Ну и конечно, изначально это задумывалось как кино про родину. Про любовь к родине. Не про казенный, насаждаемый повсюду патриотизм, а именно про то иррациональное, свербящее и подчас даже мешающее чувство, которое делает нас носителями национальной культуры, такой странной и в то же время уникальной.

Лабораторная работа. Что касается альманаха «Мой почерк», в который входит «Валить нельзя остаться» (среди других короткометражек — «Нечаянно» Жоры Крыжовникова. — Прим. ред.), — это результат участия в лаборатории «Культбюро». Я давно подумывал попробовать себя в игровом, и вот тогда предоставился случай его наконец реализовать. Что греха таить, сценарий был написан аккурат под эту лабораторию. Наброски были и до, но именно этот «призыв» сподвиг меня оформить свои черновики в первый драфт сценария. Затем к работе над сценарием подключалась сценарист Нина Беленицкая. Происходило это весной 2012 года, а осенью того же года на питчинге я узнал, что наша работа отобрана для альманаха. Но, как говорится, скоро только кошки родятся: начав работу над фильмом в 2012 году, закончили его мы только летом 2014-го.

Документальный подход к актерам. Опыт в документальном кино, разумеется, помогал — еще бы, это единственный кинематографический бэкграунд, который у меня на тот момент был.

Многое, как и в документальном процессе, приходилось вытаскивать, как говорится, на своем горбу: здесь договорились, тут намутили бесплатно, там разогнали прохожих, за углом завербовали зевак в массовку, реквизит дома на антресолях нашли. Кое-какой символический бюджет у фильма, конечно, был, но плох тот бюджет, которого на все хватает. Главное, что было для меня в новинку и где документального опыта оказалось, увы, недостаточно, — это работа с актерами. Я, признаться, привык не ставить задачу, а, напротив, отдаваться течению жизни с героем, ценить в нем его собственные проявления эмоций, характера и воли. Здесь же режиссура — это не только придумать характер на уровне текста, надо еще создать нужную органику, образ применительно к конкретному артисту. На главные роли я сознательно подбирал преимущественно театральных артистов, «не засвеченных» в кино. И я очень надеюсь, что наша работа проторит путь к большому экрану, например, Антону Федорову и Сергею Муравьеву. С другой стороны, не скрою, был соблазн поработать с кинозвездами — так в эпизоде у нас снялась Юлия Ауг. Я поклонник ее таланта еще со времен «Овсянок» и очень рад, что ей понравился сценарий.

Маленькие россияне. Сейчас я монтирую свой авторский документальный проект, который почти год снимал в окрестностях Воркуты. Это история про детей оленеводов — коренных малочисленных народов Севера. Каждый год маленьких ненцев собирают в тундре на вертолетах и везут в специальную школу-интернат, где всю зиму учат базовым навыкам: счету, письму, чтению, а также владению компьютером, мобильным телефоном. В общем, этакий цивилизационный ликбез, совмещенный с начальной школой. Другое дело, что жить в цивилизации их учат в почти заброшенном поселке при закрытой в 1990-е шахте, где этот интернат — одно из последних работающих учреждений. Так получилось, что в этом году я аж четырежды был за полярным кругом в разных регионах России, поэтому смею утверждать — это не частный случай, примерно так выглядит сегодня русский север в тех местах, где нет газа или нефти. И вот мои герои получают базовые знания и лазают посреди заснеженных руин, которые недавно были школой, домом культуры, а по весне вертолет развозит в тундру не просто детей оленеводов, а уже маленьких россиян. Надеюсь, к весне фильм будет готов. Рабочее название пока — «Адаптация».

Источники:

http://360tv.ru/news/tekst/reflektorno-ischu-svjatynju/
http://zen.yandex.ru/media/id/5b6180c9e9151400a9f48e8f/5d8771cb34808200ad2fdc81
http://snob.ru/selected/entry/82458/?v=1464953770&v=1464953770

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector