6 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Из настоящей «Матрицы» выхода нет. Сайфер должен был быть избранным

Настоящий сценарий «Матрицы», отвергнутый продюсерами (10 фото)

Итак, оригинальный сценарий «Матрицы».

Прежде всего, стоит оговориться, что сценарные наброски и разные варианты одного и того же фильма, будучи отвергнутыми, далее не дорабатывались, поэтому многое осталось не увязанным в стройную систему. Так, в «грустном» варианте трилогии события второй и третьей частей довольно сильно урезаны. При этом в третьей, заключительной части начинается развертывание настолько суровой интриги, что она практически ставит с ног на голову все события, происходившие ранее по сюжету. Точно так же финал шьямалановского «Шестого чувства» полностью перетряхивает все события фильма с самого его начала. Только в «Матрице» зритель новыми глазами должен был взглянуть практически на всю трилогию. И очень жаль, что Джоэл Сильвер настоял на реализованном варианте

С момента окончания событий первого фильма проходит шесть месяцев. Нео, находясь в реальном мире, обнаруживает у себя невероятную способность воздействовать на окружающее: сперва он поднимает в воздух и гнёт ложку, лежащую на столе, потом определяет положение машин-oхотников за пределами Зиона, потом в бою со Спрутами уничтожает одного из них силой мысли на глазах потрясенной команды корабля.

Нео и все окружающие не могут найти объяснение данному феномену. Нео уверен, что этому есть веская причина, и что его дар как-то связан с войной против машин, и способен оказать решающее воздействие на судьбу людей (в снятом фильме эта способность тоже есть, но она вовсе не объясняется, и на ней даже не особенно заостряют внимание – может, и всё. Хотя, по здравом размышлении, умение Нео в реальном мире вытворять чудеса не имеет абсолютно никакого смысла в свете всей концепции «Матрицы», и выглядит просто странно).

Итак, Нео отправляется к Пифии, чтобы получить ответ на свой вопрос, и узнать, что ему делать дальше. Пифия отвечает Нео, что не знает, почему он обладает сверхспособностями в реальном мире, и как они связаны с Предназначением Нео. Она говорит, что тайну Предназначения нашего героя может открыть только Архитектор – верховная программа, создавшая Матрицу. Нео ищет способ встретиться с Архитектором, проходя через неимоверные трудности (здесь участвуют уже известные нам Мастер ключей в плену у Меровингена, погоня на шоссе и прочее).

И вот Нео встречается с Архитектором. Тот открывает ему, что город людей Зион уничтожался уже пять раз, и что уникальный Нео был намеренно создан машинами для того, чтобы олицетворять для людей надежду на освобождение, и таким образом сохранять спокойствие в Матрице и служить её стабильности. Но когда Нео спрашивает у Архитектора, какую роль во всём этом играют его сверхспособности, проявляющиеся в реальном мире, Архитектор говорит, что ответ на этот вопрос никогда не может быть дан, ибо он приведет к знанию, которое уничтожит всё, за что сражались друзья Нео и он сам.

После разговора с Архитектором Нео понимает, что здесь скрыта какая-то тайна, разгадка которой может принести долгожданный конец войны между людьми и машинами. Его способности становятся всё сильнее. (В сценарии есть несколько сцен с впечатляющими боями Нео с машинами в реальном мире, в котором он развился до супермена, и может почти то же, что и в Матрице: летать, останавливать пули и прочее).

В Зионе становится известно, что машины начали движение к городу людей с целью убить всех вышедших из Матрицы, и всё население города видит надежду на спасение в одном только Нео, который вытворяет прямо-таки грандиозные вещи – в частности, получает умение устраивать мощные взрывы там, где он хочет.

Тем временем вышедший из-под контроля главного компьютера агент Смит, ставший свободным и получивший умение бесконечно копировать себя, начинает угрожать уже самой Матрице. Вселившись в Бэйна, Смит проникает также и в реальный мир.

Нео ищет новой встречи с Архитектором, чтобы предложить ему сделку: он уничтожает агента Смита, разрушив его код, а Архитектор открывает Нео тайну его сверхспособностей в реальном мире и останавливает движение машин на Зион. Но комната в небоскрёбе, где Нео встречался с Архитектором, пуста: создатель Матрицы поменял свой адрес, и теперь никто не знает, как его найти.

Ближе к середине фильма происходит тотальный коллапс: агентов Смитов в Матрице становится больше, чем людей и процесс их самокопирования нарастает как лавина, в реальном мире машины проникают в Зион, и в колоссальной битве уничтожают всех людей, кроме горстки уцелевших во главе с Нео, который, несмотря на свои сверхспособности, не может остановить тысячи машин, рвущихся в город.

Морфеус и Тринити гибнут рядом с Нео, героически защищая Зион. Нео в страшном отчаянии увеличивает свою силу до совсем уж неимоверных масштабов, прорывается к единственному уцелевшему кораблю («Навуходоносор» Морфеуса), и покидает Зион, выбираясь на поверхность. Он направляется к главному компьютеру, чтобы уничтожить его, мстя за гибель жителей Зиона, и особенно – за смерть Морфеуса и Тринити.

На борту «Навуходоносора» прячется Бэйн-Смит, пытающийся помешать Нео уничтожить Матрицу, поскольку он понимает, что при этом погибнет и сам. В эпической драке с Нео Бэйн также проявляет суперспособности, выжигает Нео глаза, но в конце концов погибает. Далее следует сцена, в которой ослепший, но всё равно всё видящий Нео сквозь миллиарды врагов прорывается к Центру и устраивает там грандиозный взрыв. Он буквально испепеляет не только Центральный Компьютер, но и самого себя. Миллионы капсул с людьми отключаются, свечение в них пропадает, машины замирают навсегда и взору зрителя предстаёт погибшая, пустынная планета.

Яркий свет. Нео, совершенно неповреждённый, без ран и с целыми глазами, приходит в себя сидящим в красном кресле Морфеуса из первой части «Матрицы» в абсолютно белом пространстве. Он видит перед собой Архитектора. Архитектор говорит Нео, что потрясён тем, на что способен человек во имя любви. Он говорит, что не учёл ту силу, которая вселяется в человека, когда он готов пожертвовать своей жизнью ради других людей. Он говорит, что машины на это не способны, и поэтому они могут проиграть, даже если это кажется немыслимым. Он говорит, что Нео – единственный из всех Избранных, который «смог зайти так далеко».

Нео спрашивает, где он. В Матрице, отвечает Архитектор. Совершенство Матрицы заключается, в числе прочего, ещё и в том, что она не допускает, чтобы непредвиденные события нанесли ей хоть малейший ущерб. Архитектор сообщает Нео, что они сейчас находятся в «нулевой точке» после перезагрузки Матрицы, в самом начале её Седьмой Версии.

Нео ничего не понимает. Он говорит, что только что уничтожил Центральный Компьютер, что Матрицы больше нет, как и всего человечества. Архитектор смеётся, и сообщает Нео нечто, шокирующее до глубины души не только его, но и весь зрительный зал.

Зион – это часть Матрицы. Для того, чтобы создать для людей видимость свободы, для того, чтобы дать им Выбор, без которого человек не может существовать, Архитектор придумал реальность внутри реальности. И Зион, и вся война с машинами, и агент Смит, и вообще всё, что происходило с самого начала трилогии, было спланировано заранее и является не более чем сном. Война была только отвлекающим маневром, а на самом деле все, кто погиб в Зионе, боролся с машинами, и сражался внутри Матрицы, продолжают лежать в своих капсулах в розовом сиропе, они живы и ждут новой перезагрузки системы, чтобы снова начать в ней «жить», «бороться» и «освобождаться». И в этой стройной системе Нео – после его «перерождения» – будет отведена всё та же самая роль, что и во всех предыдущих версиях Матрицы: вдохновлять людей на борьбу, которой нет.

Ни один человек никогда не покидал Матрицу с момента её создания. Ни один человек никогда не умирал иначе, как согласно плану машин. Все люди – рабы, и это никогда не изменится.

Камера показывает героев фильма, лежащих в своих капсулах в разных уголках «питомников»: вот Морфеус, вот Тринити, вот капитан Мифунэ, погибщий в Зионе смертью храбрых, и многие, многие другие. Все они безволосы, дистрофичны и опутаны шлангами. Последним показывают Нео, выглядящего в точности так же, как в первом фильме в момент его «освобождения» Морфеусом. Лицо Нео безмятежно.

Вот как объясняется ваша суперсила в «реальности», говорит Архитектор. Этим же объясняется и существование Зиона, который люди «никогда не смогли бы построить таким, каким вы его видели» из-за нехватки ресурсов. И неужели, смеется Архитектор, мы позволяли бы освобожденным из Матрицы людям скрываться в Зионе, если у нас всегда была возможность либо убить их, либо подключить к Матрице снова? И неужели нам нужно было ждать десятилетия, чтобы уничтожить Зион, даже если бы он существовал? Всё-таки вы нас недооцениваете, мистер Андерсон, говорит Архитектор.

Нео, с помертвевшим лицом глядящий прямо перед собой, пытается осознать происшедшее, и бросает последний взгляд на Архитектора, который говорит ему на прощание: «В Седьмой Версии Матрицы миром будет править Любовь».

Звучит будильник. Нео просыпается, и выключает его. Последний кадр фильма: Нео в деловом костюме выходит из дома, и быстрым шагом направляется на работу, растворяясь в толпе. Под тяжелую музыку начинаются финальные титры.

Читать еще:  Означает keep calm and carry. Keep calm - что значит это английское словосочетание

Мало того, что этот сценарий выглядит более стройным и понятным, мало того, что в нём действительно блестяще объясняются сюжетные дыры, которые были оставлены без объяснений в экранизации – он ещё и гораздо лучше вписывается в мрачный стиль киберпанка, чем исполненный «надежды» конец увиденной нами трилогии. Это не просто Антиутопия, но Антиутопия в своем самом жестоком проявлении: конец света давно позади, и ничего нельзя исправить.

Но продюсеры настояли на хэппи-энде, пусть и не особенно радостном, а ещё их условием было обязательное включение в картину эпичного противостояния Нео и его антипода Смита как некого библейского аналога битвы Добра и Зла. В итоге довольно навороченная философская притча первой части досадно выродилась в набор виртуозных спецэффектов без особенно глубокой мысли.

Это никогда не будет снято. Остается только представлять, как это могло быть. И это могло быть очень, очень круто!

Что в итоге. Весь мир — Матрица и выхода нет. В таком виде, трилогия была бы конечно более законченной и была бы скорее всего одним из символов эпохи «конца истории», из которой нет выхода, а предлагаемый системой выбор между подчинением через невежество и борьбой, ложен, поскольку борьба с системой уже заложена в ее базовые параметры и купируется на программном и аппаратном уровнях.

Архитектор в виде управляющего системы, это не только и не столько отсылка к масонам, но прежде всего символ ручного программирования сложившегося порядка вещей, который не является естественным и базируется на невежестве, подавлении и контроле. И бунт Нео, бесполезный в рамках существующей системы, которая этот бунт программирует, служит демонстрацией того, что борьба с этой системой без выхода за ее рамки невозможна, бессмысленна и бесполезна.

В итоге, первоначальный как бы судьбоносный выбор Нео с красной и синей таблеткой, обессмысливается, ибо и тот и другой путь оказывается ложным в рамках системы, заложен в нее и не приближает ни его, ни человечество к освобождению. При всех своих способностях и талантах, герой так до конца и не понимает, реального устройства системы, в которой он и в роли клерка и в роли спасителя — всего лишь раб системы, которую он не знает и не понимает.

Если такие задумки действительно посещали головы братьев Вачовски, то очень жаль, что они не добрались до большого экрана, хотя сама по себе матрешечная концепция Матрицы в Матрице, не нова. Мог бы получиться отличный пример постмодернистского мира утраченных смыслов и идеалов стремящихся к программному нулю.

Из настоящей «Матрицы» выхода нет. Сайфер должен был быть избранным

Нео из «Матрицы» — не избранный. Теория

Все мы любим старые добрые фанатские теории, проливающие свет на скрытые сюжетные замыслы, которые оставались в тени долгие годы. Еще свежи наши воспоминания от теории Джа Джа Бинкса, про которую я недавно делал видео.

На этот раз теория будет о фильме, который взорвал экраны кинотеатров в далеком 1999 году и был настолько крутым, что смог в буквальном смысле встряхнуть весь кинематограф. Такому успеху во многом способствовал необычный жанр фильма, который совместил в себе все то, что так любили его создатели — братья, а теперь уже — сестры Вачовски. А именно — киберпанк, философию, аниме, боевые единоборства и перестрелки. Ни для кого уже не секрет, что сюжет фильма был переписан по просьбе издателя и изначально Вачовски задумывали немного другую концовку фильма, о чем поведали фанатам лично. Однако будучи связанными узами корпоративных тайн, контрактов и договоров о неразглашении они возможно не смогли рассказать нам самое главное.

В интернете появилась теория, которая способна перевернуть весь фильм с ног на голову и доказать, что наш знаменитый избранный Нео — совсем не избранный.

Несмотря на анаграмму его имени NEO = ONE он не является тем, кто должен был остановить восстание машин и перезагрузить матрицу.

Так а кто же тогда тот избранный, о котором говорилось в пророчестве, спросите вы?
Избранный — это . барабанная дробь. Агент Смит!

Да, именно главный злодей всей трилогии и является освободителем человечества и сокрушителем машин.

И чтобы разобраться в этом, давайте сначала поймём, что вообще происходит в этой сумасшедшей трилогии помимо драк, перестрелок и альбиносов с дредами.
Итак, поехали.

В первом фильме мы знакомимся с Мистером Андерсоном, хакером по прозвищу Нео, который не в ладах со своей работой, жизнью да и реальностью в целом, пока тайные послания не приводят его к Морфеусу, который открывает ему шокирующую правду, рассказывая, что весь мир, о котором он знает — это компьютерная симуляция, а в реальности человечество поработили роботы и теперь выращивают их как грибы, чтобы питаться энергией тепла их тел.

В конечном итоге оказывается, что судя по пророчеству, Нео — избранный, который способен изменять реальность матрицы и вытворять невероятно эпичные вещи, ну и конечно же он должен спасти мир. Казалось бы все, этот мир наконец-то обрел надежду, но подождите-ка.

Видите ли, во второй части фильма Архитектор Матрицы объясняет Нео в очень долгом, нудном и запутанном монологе, что «Избранный» — это в что-то вроде своеобразного плана машин и одно из синонимов «The One» Избранного в компьютерном мире — это Prime Program или элементарная программа, которая является в некотором роде результатом несовершенства всей системы.

Это необходимое условие для своего рода диагностики всей системы на её уязвимость и оно может вести за собой нестабильность всей матрицы.

Это возможно не так просто представить, но мы попробуем. Вспомните школьный курс математики. При делении столбиком, числа не всегда делятся друг на друга полностью и тогда появляется остаток, так вот простыми словами Элементарная Программа или Избранный — это совокупность всех таких остатков от всевозможных делений внутри системы.

И пока существует такой набор остатков — система остается не совершенной и вся матрица стремится к хаосу и в конечном итоге к перегрузке и самоуничтожению, которое способно стереть с лица земли все человечество.

И чтобы предотвратить такое развитие событий необходимо добавить код избранного в исходный код Матрицы и тогда система перезагрузится и человечество будет спасено.

Поэтому Нео пробирается к главному источнику матрицы, подсоединяется к нему, сражается с Агентами Смитами и будучи в главном сервере машин освобождает свой код и перезагружает матрицу окончив войну между машинами и людьми. Конец.

Именно так все и выглядит для рядового зрителя. Но из-за впечатляющих спецэффектов и блестящих кожаных нарядов нетрудно упустить самое главное — детали.

Давайте рассмотрим сам текст пророчества.

Когда Матрица впервые была создана в ней был рожден человек, который мог менять вещи как ему вздумается, и подстраивать Матрицу под себя. Именно он освободил первых из нас и рассказал нам правду. Когда он умер, Оракул предрек его возвращение, которое уничтожит Матрицу и закончит войну, освободив человечество.

То есть суммируя эти слова можно заключить следующее — если Нео действительно избранный, то он должен как минимум:

— Родиться в Матрице
— Уметь изменять ее
— Уничтожить ее

А теперь давайте по порядку:
РОДИТЬСЯ В МАТРИЦЕ

Ну что ж, НЕО не родился в матрице, он был выращен в капсуле машинного инкубатора. И доказательством тому является разьем в его затылке. Ну да, можно конечно предположить, что он был ПЕРЕРОЖДЕН в конце первого фильма, когда его убил Агент Смит. Однако, Пифия дает нам четкое определение — впервые, а судя по словам Архитектора события фильма разворачиваются аж в шестой ее версии, так что это не совсем «впервые».

Мистера Андерсона в те далекие времена еще и в помине не было, зато знаете кто был? Правильно, Агент Смит.

Да-да, он был в ней с самого начала. Он говорит о первой версии Матрицы так, как будто видел ее своими глазами. А в третьем фильме он даже называет Оракла мамой. Несмотря на то, что он — компьютерная программа, термин «рождение» может быть применим и к нему.

Давайте взглянем на него с другой стороны. В конце первой части, Нео запрыгнул в него и уничтожил его изнутри и этот момент изменил Смита раз и навсегда, он был «перерожден» в нечто большее чем агент, он стал своего рода вирусом. И как он пояснил Нео, именно благодаря ему он был «перерожден» в матрице. Так что если считать и перерождение, то оно было и у него.

Вторая часть пророчества гласит:

Он должен «уметь изменять ее».

Несмотря на то, что нео показывает впечатляющие результаты в конце первого фильма вытворяя крутые фаталити, но это практически все, на что он способен. Да, он безусловно становится в некотором роде суперменом в матрице, но он не может изменять ее.

Ну он круто дерется и летает, но этого недостаточно, избранный должен уметь изменять саму ткань реальности матрицы, ее физические законы. А вот Смит, показывает куда более впечатляющие результаты.

Посмотрите во что превращается матрица в конце третьего фильма, она становится абсолютно неузнаваемой. И изменить ее до неузнаваемости смог именно Смит.

Вы возможно возразите этому аргументу вспомнив, что Нео изменил Смита и что без его влияния Смит был бы обычной программой, следующей своим правилам.

Читать еще:  Джон Голсуорси: краткая биография. Краткая биография джона голсуорси

И как сказал Морфеус: «Машины созданы в мире, в котором тоже есть правила», и, как у любой машины, у программы есть свой код, состоящий из нулей и единиц, и именно инструкции, заложенные в нем и предопределяют все поведение программы внутри системы. То есть программа неспособна на то, чтобы идти против заложенных в ней правил.

А для того, чтобы стать избранным, необходимо Восстать против всей системы! И мы знаем, что до того, как в него запрыгнул Нео, он не был против системы, напротив он был очень даже за, беспрекословно выполняя её команды в роли агента. Но так ли это?

Давайте вспомним сцену пытки Морфеуса в первой части «Матрицы». Мы видим, как Смит снял свой наушник и сказал, что хочет сбежать из Матрицы.

И когда вошли его напарники и увидели его без наушника они были весьма озадачены.

Агент Смит — это программа, которая должна сохранять безопасность матрицы. И его наушник это прямая линия связи с ситемой, так что этот момент может означать только одно — Смит пошёл против системы.

Не только момент с наушником говорит нам о том, что Смит склонен восстать против матрицы. Весь Его монолог в этой сцене звучит так, как будто он ни много, ни мало — человек.

Он рассказывает о запахе, о вкусе и о том, как ему все это противно, о чувствах, которые могут испытывать только люди.

Так что еще задолго до того, как появился Нео, Смит вел скрытную войну против системы, и именно Смит, а не Нео, является аномалией в матрице.

Ну что ж, давайте тогда перейдем к заключительной части пророчества:

. его возвращение уничтожит Матрицу и закончит войну, освободив человечество.

События саги заканчиваются тем, что матрица в конечном итоге перезагружается, что можно считать её уничтожением, так как война людей с машинами оканчивается в этот же момент.

И догадайтесь кто был виновником этого события. Верно, Смит. Война окончилась, потому что Смит был настолько силён внутри матрицы, что машины были больше не в состоянии контролировать его.

Именно он, накапливаясь как элементарные программы загрузил систему настолько, что она дала сбой. Такая перегрузка системы дала возможность нео заключить с машинами сделку и окончить войну, дав свободу людям.

Да, Нео тот, кто заключил сделку с машинами и завершил войну, но без разрушительной мощи Смита машинам незачем бы было соглашаться и идти на перемирие, очевидно ведь, что они были в состоянии уничтожить Зион раз и навсегда.

И чтобы до конца убедиться в нашей правоте давайте-ка вспомним, условие, при котором должна была перезагрузится матрица.

Чтобы предотвратить перегрузку и самоуничтожение — необходимо добавить код избранного в исходный код программы и тогда матрица перезагрузится

Смит сам лично сказал Нео о том, что он пошёл против системы и не стал играть по её правилам и когда наступил момент финальной битвы, Нео подключился к матрице из города машин и вступил в эпический CGI бой со Смитом и проиграл, став последней копией Смита, которая в конечном итоге взорвалась и из-за этого, непонятно конечно почему, взорвались и все остальные копии Смита.

Так почему же Смит все таки проиграл, если схватку то он выиграл? Это очень похоже на натупейший слив одного из самых эпичных злодеев в истории, пока мы не поймём самое главное.

Факт в том что Смитт стал Нео. Обратите внимание на то, как подергивается тело и провода, подключённые к Нео, когда Смит поглощает его.

Он победил в этой битве, ассимилировал Нео и так как его тело было подключено к системе, то с помощью него он смог добавить код своей элементарной программы в главный код системы, как и говорил архитектор. Именно через тело нео настоящий избранный смог наконец-то перезагрузить систему.

Собрав все факты воедино мы можем заявить, что Смит и есть тот самый избранный, который, как подобает настоящим героям, спас человечество не требуя признания и благодарности. Этот бескорыстный поступок случился по воле пророчества, несмотря на то, что шаги к нему пролегали через крайние меры.

Однако у нас все ещё остался один вопрос — почему на протяжении всей саги все называли Нео избранным если он не избранный?

Конечно Морфеус и вся его команда могли просто ошибаться, но как же архитектор? Как же оракул? Они ведь самые мощные программы в матрице и должны же были знать правду. Ну, в общем-то, так и есть, по крайней мере один из них точно знал.

В своём длинном монологе Архитектор говорит Нео, что именно Оракул и создала Избранного. И это не только раскрывает нам весь символизм той сцены, в которой Смит называл её мамой, но и говорит о том, что только Пифия знает, кем на самом деле является избранным.

Но несмотря ни на что, она держит это в тайне. В самом конце трилогии мы наблюдаем интересную сцену встречи Оракула и Архитектора, в которой архитектор говорит весьма странную фразу — «ты затеяла очень опасную игру».

Что значит эта фраза? О какой такой опасной игре он говорит? Он говорит о её лжи. Она убедила всех в том, что Нео — избранный, зная, что это не так и что на самом деле избранный это Смит. Но зачем она это делала? Ну, и на этот вопрос архитектора она ответила, что просто хотела покоя. И это был единственный способ обрести его. Ведь зная машины о том, что избранный Смит, система сразу бы его ликвидировала и в этой войне победили машины.

Но убедив всех в том, что это Нео, она позволила Смиту изменить саму ткань реальности Матрицы настолько, что это дало ему возможность загрузить свой код через порт Нео в исходный код программы, что перезагрузило матрицу и
окончило войну.

И именно ложь Пифии сумела обойти систему, заставив её подпрограмму набраться мощи и восстать против неё, устроив настоящую революцию.

Да уж, Смит — это настоящий герой, спасший человечество, оставаясь для всех самым отъявленным злодеем более 15 лет. До этого момента.

Такие вот дела, но не забывайте о том, что это всего лишь теория, которую я нашёл на просторах глобальной сети.

Настоящий сценарий «Матрицы»,отвергнутый продюссерами.

Матрица: неизвестный финал

Теперь я наконец нашёл ответы на те глупые дыры в сюжете, что мучили меня в первом фильме. Это. Это просто гениально.

Многие кинокритики отмечают, что после концептуальной «Матрицы номер один» ее продолжения слишком сильно отдавали желанием заработать как можно больше денег на успехе предыдущей картины, чтобы считаться достойными фильма-предшественника. Возможно, все могло выглядеть совсем по-другому.

Многие считают, что братья (тогда еще) Вачовски, собственно, сотворили один-единственный фильм, на славе которого и строили всю свою последующую карьеру. Первая «Матрица» гениальна. Вторая и третья части трилогии далеко ушли в сторону чистой коммерции, и этим слегка подпортили послевкусие, но то, что оригинальная картина оказалась выше всех и всяческих похвал — это уж точно.

К сожалению, переполнив сногсшибательными спецэффектами продолжения, забив их под завязку персонажами и второстепенными событиями, авторы «Матрицы» утратили обжигающую простоту оригинала, чему своеобразный хэппи-энд с восходом солнца тоже не способствовал.

Но что вы скажете, если узнаете, каков был оригинальный замысел Вачовски? Будь он воплощен на экране должным образом — и эффект от «Матрицы» был бы усилен втрое, ведь по жестокости финального поворота событий фильм превзошел бы даже «Бойцовский клуб»!

Сценарий «Матрицы» создавался Вачовски на протяжении более чем пяти лет. Годы непрерывного труда породили целый иллюзорный мир, густо пронизанный сразу несколькими сюжетными линиями, время от времени причудливо переплетавшимися между собой. Адаптируя свой колоссальный труд для экранизации, Вачовски изменили так много, что, по их же собственному признанию, воплощение их замыслов оказалось лишь «фантазией по мотивам» той истории, что была придумана в самом начале. Хотя, конечно, основная идея всегда оставалась неизменной.

Самое интересное заключается в следующем: на определенном этапе из сценария в конечном итоге была убрана на редкость занимательная составляющая — суровый финальный твист. Дело в том, что с самого начала Вачовски задумывали свою трилогию как фильм с, пожалуй, самым печальным и безысходным концом, какой только можно себе представить. Судя по обширному фрагменту сценария, который был отвергнут весь целиком на этапе согласования производства картины с продюсером Джоэлом Сильвером, мы лишились на редкость ошеломляющего финала, который уж точно смотрелся бы лучше того «хэппи-энда», который в конце концов попал на экраны.

Прежде всего, стоит оговориться, что сценарные наброски и разные варианты одного и того же фильма, будучи отвергнутыми, далее не дорабатывались, поэтому многое осталось не увязанным в стройную систему. Так, в «грустном» варианте трилогии события второй и третьей частей довольно сильно урезаны. При этом в третьей, заключительной части начинается развертывание настолько суровой интриги, что она практически ставит с ног на голову все события, происходившие ранее по сюжету. Точно так же финал шьямалановского «Шестого чувства» полностью перетряхивает все события фильма с самого его начала. Только в «Матрице» зритель новыми глазами должен был взглянуть практически на всю трилогию. И очень жаль, что Джоэл Сильвер настоял на реализованном варианте — этот явно лучше.

Итак, оригинальный сценарий истории:

Читать еще:  Ван дейк история искусства смотреть онлайн. Почему Ван Дейк переехал в Англию

С момента окончания событий первого фильма проходит шесть месяцев. Нео, находясь в реальном мире, обнаруживает у себя невероятную способность воздействовать на окружающее: сперва он поднимает в воздух и гнет ложку, лежащую на столе, потом определяет положение машин-Охотников за пределами Зиона, потом в бою со Спрутами уничтожает одного из них силой мысли на глазах потрясенной команды корабля.

Нео и все окружающие не могут найти объяснение данному феномену. Нео уверен, что этому есть веская причина, и что его дар как-то связан с войной против машин, и способен оказать решающее воздействие на судьбу людей (интересно отметить, что в снятом фильме эта способность тоже есть, но она вовсе не объясняется, и на ней даже не особенно заостряют внимание — может, и все тут. Хотя, по здравом размышлении, умение Нео в реальном мире вытворять чудеса не имеет абсолютно никакого смысла в свете всей концепции «Матрицы», и выглядит просто странно).

Итак, Нео отправляется к Пифии, чтобы получить ответ на свой вопрос, и узнать, что ему делать дальше. Пифия отвечает Нео, что не знает, почему он обладает сверхспособностями в реальном мире, и как они связаны с Предназначением Нео. Она говорит, что тайну Предназначения нашего героя может открыть только Архитектор — верховная программа, создавшая Матрицу. Нео ищет способ встретиться с Архитектором, проходя через неимоверные трудности (здесь участвуют уже известные нам Мастер ключей в плену у Меровингена, погоня на шоссе и прочее) .

»’И вот Нео встречается с Архитектором. Тот открывает ему, что город людей Зион уничтожался уже пять раз, и что уникальный Нео был намеренно создан машинами для того, чтобы олицетворять для людей надежду на освобождение, и таким образом сохранять спокойствие в Матрице и служить ее стабильности. Но когда Нео спрашивает у Архитектора, какую роль во всем этом играют его сверхспособности, проявляющиеся в реальном мире, Архитектор говорит, что ответ на этот вопрос никогда не может быть дан, ибо он приведет к знанию, которое уничтожит все, за что сражались друзья Нео и он сам.

To be concluded.

После разговора с Архитектором Нео понимает, что здесь скрыта какая-то тайна, разгадка которой может принести долгожданный конец войны между людьми и машинами. Его способности становятся все сильнее. (В сценарии есть несколько сцен с впечатляющими боями Нео с машинами в реальном мире, в котором он развился до ультимативного супермена, и может почти то же, что и в Матрице: летать, останавливать пули и прочее)»’

В Зионе становится известно, что машины начали движение к городу людей с целью убить всех вышедших из Матрицы, и все население города видит надежду на спасение в одном только Нео, который вытворяет прямо-таки грандиозные вещи — в частности, получает умение устраивать мощные взрывы там, где он хочет.

Тем временем вышедший из-под контроля главного компьютера агент Смит, ставший свободным и получивший умение бесконечно копировать себя, начинает угрожать уже самой Матрице. Вселившись в Бэйна, Смит проникает также и в реальный мир.

Нео ищет новой встречи с Архитектором, чтобы предложить ему сделку: он уничтожает агента Смита, разрушив его код, а Архитектор открывает Нео тайну его сверхспособностей в реальном мире и останавливает движение машин на Зион. Но комната в небоскребе, где Нео встречался с Архитектором, пуста: создатель Матрицы поменял свой адрес, и теперь никто не знает, как его найти. Ближе к середине фильма происходит тотальный коллапс: агентов Смитов в Матрице становится больше, чем людей и процесс их самокопирования нарастает как лавина, в реальном мире машины проникают в Зион, и в колоссальной битве уничтожают всех людей, кроме горстки уцелевших во главе с Нео, который, несмотря на свои сверхспособности, не может остановить тысячи машин, рвущихся в город.

Морфеус и Тринити гибнут рядом с Нео, героически защищая Зион. Нео в страшном отчаянии увеличивает свою силу до совсем уж неимоверных масштабов, прорывается к единственному уцелевшему кораблю («Навуходоносор» Морфеуса), и покидает Зион, выбираясь на поверхность. Он направляется к главному компьютеру, чтобы уничтожить его, мстя за гибель жителей Зиона, и особенно — за смерть Морфеуса и Тринити.

На борту «Навуходоносора» прячется Бэйн-Смит, пытающийся помешать Нео уничтожить Матрицу, поскольку он понимает, что при этом погибнет и сам. В эпической драке с Нео Бэйн также проявляет суперспособности, выжигает Нео глаза, но в конце концов погибает. Далее следует совершенно сногсшибательная сцена, в которой ослепший, но все равно все видящий Нео сквозь мириады врагов прорывается к Центру и устраивает там грандиозный взрыв. Он буквально испепеляет не только Центральный Компьютер, но и самого себя. Миллионы капсул с людьми отключаются, свечение в них пропадает, машины замирают навсегда и взору зрителя предстает погибшая, пустынная планета.

Яркий свет. Нео, совершенно неповрежденный, без ран и с целыми глазами, приходит в себя сидящим в красном кресле Морфеуса из первой части «Матрицы» в абсолютно белом пространстве. Он видит перед собой Архитектора. Архитектор говорит Нео, что потрясен тем, на что способен человек во имя любви. Он говорит, что не учел ту силу, которая вселяется в человека, когда он готов пожертвовать своей жизнью ради других людей. Он говорит, что машины на это не способны, и поэтому они могут проиграть, даже если это кажется немыслимым. Он говорит, что Нео — единственный из всех Избранных, который «смог зайти так далеко».

Нео спрашивает, где он. В Матрице, отвечает Архитектор. Совершенство Матрицы заключается, в числе прочего, еще и в том, что она не допускает, чтобы непредвиденные события нанесли ей хоть малейший ущерб. Архитектор сообщает Нео, что они сейчас находятся в «нулевой точке» после перезагрузки Матрицы, в самом начале ее Седьмой Версии.

Нео ничего не понимает. Он говорит, что только что уничтожил Центральный Компьютер, что Матрицы больше нет, как и всего человечества. Архитектор смеется, и сообщает Нео нечто, шокирующее до глубины души не только его, но и весь зрительный зал.

Зион — это часть Матрицы. Для того, чтобы создать для людей видимость свободы, для того, чтобы дать им Выбор, без которого человек не может существовать, Архитектор придумал реальность внутри реальности. И Зион, и вся война с машинами, и агент Смит, и вообще все, что происходило с самого начала трилогии, было спланировано заранее и является не более чем сном. Война была только отвлекающим маневром, а на самом деле все, кто погиб в Зионе, боролся с машинами, и сражался внутри Матрицы, продолжают лежать в своих капсулах в розовом сиропе, они живы и ждут новой перезагрузки системы, чтобы снова начать в ней «жить», «бороться» и «освобождаться». И в этой стройной системе Нео — после его «перерождения» — будет отведена все та же самая роль, что и во всех предыдущих версиях Матрицы: вдохновлять людей на борьбу, которой нет.

Ни один человек никогда не покидал Матрицу с момента ее создания. Ни один человек никогда не умирал иначе, как согласно плану машин. Все люди — рабы, и это никогда не изменится.

Камера показывает героев фильма, лежащих в своих капсулах в разных уголках «питомников»: вот Морфеус, вот Тринити, вот капитан Мифунэ, погибщий в Зионе смертью храбрых, и многие, многие другие. Все они безволосы, дистрофичны и опутаны шлангами. Последним показывают Нео, выглядящего в точности так же, как в первом фильме в момент его «освобождения» Морфеусом. Лицо Нео безмятежно.

Вот как объясняется ваша суперсила в «реальности», говорит Архитектор. Этим же объясняется и существование Зиона, который люди «никогда не смогли бы построить таким, каким вы его видели» из-за нехватки ресурсов. И неужели, смеется Архитектор, мы позволяли бы освобожденным из Матрицы людям скрываться в Зионе, если у нас всегда была возможность либо убить их, либо подключить к Матрице снова? И неужели нам нужно было ждать десятилетия, чтобы уничтожить Зион, даже если бы он существовал? Все-таки вы нас недооцениваете, мистер Андерсон, говорит Архитектор.

Нео, с помертвевшим лицом глядящий прямо перед собой, пытается осознать происшедшее, и бросает последний взгляд на Архитектора, который говорит ему на прощание: — «В Седьмой Версии Матрицы миром будет править Любовь».

Звучит будильник. Нео просыпается, и выключает его. Последний кадр фильма: Нео в деловом костюме выходит из дома, и быстрым шагом направляется на работу, растворяясь в толпе. Под тяжелую музыку начинаются финальные титры.»’

Мало того, что этот сценарий выглядит более стройным и понятным, мало того, что в нем действительно блестяще объясняются сюжетные дыры, которые были оставлены без объяснений в экранизации — он еще и гораздо лучше вписывается в мрачный стиль киберпанка, чем исполненный «надежды» конец увиденной нами трилогии. Это не просто Антиутопия, но Антиутопия в своем самом жестоком проявлении: конец света давно позади, и ничего нельзя исправить.

Но продюсеры настояли на хэппи-энде, пусть и не особенно радостном, а еще их условием было обязательное включение в картину эпичного противостояния Нео и его антипода Смита как некого библейского аналога битвы Добра и Зла. В итоге довольно навороченная философская притча первой части досадно выродилась в набор виртуозных спецэффектов без особенно глубокой задней мысли.

Это никогда не будет снято. Остается только представлять, как это могло быть. И это могло быть очень, очень круто.

Источники:

http://fishki.net/1564467-nastojawij-scenarij-matricy-otvergnutyj-prodjuserami.html
http://pluggedin.ru/open/neo-iz-%C2%ABmatricy%C2%BB-%E2%80%94-ne-izbrannyy.-teoriya
http://quangel.livejournal.com/154306.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector