1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Личность государства в поэме медный всадник. Конфликт петра и евгения в поэме а.с

КОНФЛИКТ ПЕТРА И ЕВГЕНИЯ В ПОЭМЕ А.С. ПУШКИНА «МЕДНЫЙ ВСАДНИК»

В отечественном литературоведении сложилась традиция восприятия поэмы А. С. Пушкина «Медный всадник» [2, III, с. 284–303] в контексте идеологемы «личность ↔ государство». Данный конфликт действительно намечен в поэме. Другое дело: как он реализуется и что лежит в его основании?

Неожиданным кажется структурирование текста, его дробление на «Предисловие», «Вступление», «Часть первую», «Часть вторую» и «Примечания». Что касается «Предисловия», то оно, на первый взгляд, кажется излишним, ибо ничего существенного не добавляет к тексту, лишь указывает на некий источник: «Происшествие, описанное в сей повести, основано на истине. Подробности наводнения заимствованы из тогдашних журналов. Любопытные могут справиться с известием, составленным В. Н. Берхом» [2, III, с. 284]. Но именно то, что предисловие не содержит важной информации, и обращает на себя внимание, заставляет задуматься о его «маскирующем» характере.

В отличие от «Предисловия», стилистика и тональность «Вступления» обнаруживают присутствие в нем голоса автора-повествователя и не допускают мысли о мистификации или фальши: поэт однозначно прославлял Петра и Россию в лице и деяниях великого «державца полумира». Но к вступлению Пушкин дает два примечания — по-прежнему кажущиеся избыточными и неважными. Первое относится к Ф. Альгаротти, авторитетному знатоку искусства, который в 1738–1739 гг. совершил путешествие по России и который «где-то сказал»:

«Петербург — окно, через которое Россия смотрит в Европу» (франц.). Данное примечание носит если и не обязательный, то информативный характер и указывает на источник поэтической метафоры, реализованной Пушкиным в поэме. Но второе примечание «Смотри стихи кн. Вяземского к графине З***» вынуждает серьезнее задуматься о его значении. Кажется, что Пушкин отсылает к стихотворению П.А. Вяземского «Разговор 7 апреля 1832 года (Графине Е.М. Завадовской)». Однако для сопоставления в большей мере подошло бы другое стихотворение Вяземского — «Петербург», с его торжественным пафосом: «Я вижу град Петров чудесный, величавый…» [1, с. 118]. На его торжественном фоне послание к графине Завадовской выглядит «случайным», ибо представляет собой шутливый разговор о прелестях собеседницы, где любовь к Петербургу объясняется едва ли не исключительно тем, что в нем родилась и царствует З***. Но обращение Пушкина именно к этому стихотворению не было неслучайным. Пушкину было важным указание на игру, ибо начальная строка стихотворения Вяземского «Нет-нет, не верьте мне…» позволяла дать подсказку, указать на некий скрытый смысл, должный быть угаданным в поэме.

Наконец, применительно к «Вступлению» внимания заслуживает последняя строфа «Была ужасная пора…», над которой Пушкин много и долго работал. В итоге появившееся обращение «друзья мои» не оставляет сомнения, что это автоцитата. Cлова о друзьях со всей определенностью корреспондируют со знаменитыми «Друзья мои, прекрасен наш союз…» и позволяют говорить о посвящении поэмы друзьям. Даты работы над текстом, 6–30 октября, не оставляют в том сомнений. И тогда появление в «Предисловии» имени В.Н. Берха, по сути — имени Ф.В. Булгарина, по материалам которого тот работал, становится объяснимым: Фаддей Булгарин до поры исповедовал либеральные взгляды и был дружен с А.С. Грибоедовым, К.Ф. Рылеевым, А.А. и Н.А. Бестужевыми, В.К. Кюхельбекером и др. После поражения восстания он прятал архив Рылеева, тем самым во время следствия помог Грибоедову и другим подследственным. В этом контексте поздняя вставка в предисловие «подробности наводнения» обнажает авторскую задачу скрыть прямое указание на события 14 декабря 1825 г., отвлечь внимание от крамольной ассоциации. Выбор стихов и имени Вяземского в этом контексте тоже мотивирован: посвященному читателю он подсказывал аллюзию не на «Разговор…» и даже не на «Петербург», а на «Море», написанное Вяземским летом 1826 г., сразу после известия о казни пяти декабристов. По мысли Пушкина, имя Вяземского должно было обратить «догадливого» читателя к известному стихотворению, в котором поэт воплощал образ восстания и его участников в символическом образе морских волн [1, с. 201–203]. Становится ясным, что задача включения «Предисловия» и «Примечаний» в поэму состояла в том, чтобы дезавуировать те важные знаки-сигналы, которые позволяли эксплицировать глубинный (скрытый) пласт текста.

Обычно проблема «личность и государство» решается в поэме через систему взаимоотношений Петра и Евгения. Однако, как показывает текст, битва-сражение за город разворачивается посредством другой пары героев — Петра и стихии, Петра и волн. Евгений же — только ее случайный свидетель. Картина наводнения обретает черты метафорического бунта: природа, море, река взбунтовались, подъем воды определяется как «осада» и «приступ», городу грозят «злые волны». И тогда Петр, однажды отвоевавший дикие берега у природы, снова вступает в бой, указуя протянутой рукой на взбунтовавшегося врага-стихию в попытке защитить свой город. В ходе повествования Пушкин совмещает реальное и символическое, природное и социальное. Если в начале первой части повествователь говорил о ноябрьской поре («Дышал ноябрь осенним хладом…», т.е. хронотоп поэмы был маркирован датой наводнения 7 ноября), то к строке «И бледный день уж настает…» Пушкин дает примечание: «Мицкевич прекрасными стихами описал день, предшествовавший петербургскому наводнению, в одном из лучших своих стихотворений — Oleszkiewicz. Жаль только, что описание его не точно. Снегу не было — Нева не была покрыта льдом », где ассоциативно намекает на другой «ужасный день», декабрьский, со снегом на мостовых и льдом на реке. И теперь хронотоп поэмы обретает иную дату — 14 декабря. Сражение разворачивается как бы в двух пластах, в двух временных координатах. Звучащие вслед за «передатировкой» в «Примечании» имена царских генералов — Милорадовича и Бенкендорфа — со всей случайной неслучайностью локализуют события поэмы в пределах (бунта на) Сенатской площади. Милорадович — как жертва трагического выстрела Каховского, Бенкендорф — как один из самых активных участников следствия по делу декабристов.

Читать еще:  Фильмы онлайн аниме комедия. Аниме комедии любимы всеми, ведь смех продлевает жизнь

В первой части повести обретает свою сюжетику и линия Евгения. Подобно Петру, восседающему на грозном вздыбленном коне, бедный герой «над возвышенным крыльцом» тоже оседлал мраморного льва. Кажется, подобие Евгения кумиру иронически снижено, однако оно иронично же, но идейно значимо удвоено сопоставлением с угадываемым Наполеоном, предметом поклонения не одного поколения. Сравнение с Наполеоном не только иронизирует, но атрибутирует причастность бедного Евгения особому типу людей, чьи «запретные» имена незримо разбросаны по всему тексту «Медного всадника», в числе которых оказывается и сам автор. Т.е. образ Евгения становится у Пушкина «двуликим», двусоставным носителем двух сущностей. Условно, один Евгений является героем фабульной линии поэмы (ее реальной составляющей), другой Евгений — героем сюжетной линии, собственно отлитературной. Если один лик воплощает образ мечтательного и наивного влюбленного, теряющего рассудок, то другой репрезентирует «дум высокое стремленье». Иными словами, пред державным Петром оказывается уже не больной сумасшедший, но другой «безумец». Точнее оба, но «бунт» их и угроза «Ужо тебе. » вбирают кардинально противоположный смысл. Если на уровне одного сюжета (зримого, поверхностного) причина бунта — смерть Параши, боль от потери возлюбленной, то на уровне второго — скрытого, тайного сюжета — вызов, брошенный самодержавию. И если в первом случае «злобный шепот» звучит из уст сумасшедшего и его упрек Петру понятен, но абсурдно-беспочвенен (Петр сражался против стихии наводнения, спасал город, но он не смог спасти Парашу; Параша — случайная жертва), то во втором ряду вызов бросает «безумец благородный», пронзенный «шумом внутренней тревоги». Последние слова — опять автоцитата: тот «однозвучный жизни шум», который присутствовал в пушкинском стихотворении «Дар напрасный, дар случайный…», где герой искал «цели… пред собою». Т.е. образ Евгения в поэме — это образ- маска, образ-криптоним, в котором слились две сущности: бедный (случайный по сути) сумасшедший и высокий (тревожащий автора) безумец. Т.о. так называемый «маленький герой», «маленький человек» Евгений — в нарушение сложившейся в литературоведении традиции — как оказывается, никакого отношения к бунту против Петра и самодержавия не имеет. Это его «призрак», его двойник, реальный прототип-прообраз вступает в идейный конфликт с самодержцем. Природа «бунта-возмущения» Евгения (каждого из Евгениев) оказывается глубоко различной.

Традиционно принятый конфликт поэмы «личность ↔ государство», «”маленький человек” ↔ самодержец» рассыпается так же, как оказывается нерелевантным и представление о противоречивости образа Петра. Едва ли не единственным указанием на возможность противоречивого отношения Пушкина к личности Петра может быть сочтено последнее примечание, которое дает комментатор к строфе «Куда ты скачешь, гордый конь », где отсылает к Мицкевичу: «Смотри описание памятника в Мицкевиче. Оно заимствовано из Рубана — как замечает сам Мицкевич» [2, III, c. 303]. Именно сопоставление с Мицкевичем и порождало представление о том, что Пушкин, вслед за польским поэтом, мог дать суровую оценку Петру в «Медном всаднике». Однако к периоду написания поэмы Пушкин уже дистанцировался от друга-поэта, которого прежде «жадно слушал». В 1833 г. Пушкин уже создал стихотворение «Он между нами жил» [2, II, c. 338], в котором говорил о «яде стихов» Мицкевича, обращенных к Петру и Петербургу, «К русским друзьям». Оттого отсылки к Мицкевичу в примечаниях следует прочитывать не как созвучные, а как контрапунктурные, о чем прямо сказано у Пушкина:

«Жаль только, что описание его не точно Наше описание вернее…» [2, III, c. 303]. Во второй отсылке к Мицкевичу (прим. 5) «комментатор» вновь намеренно отстраняется от точки зрения польского поэта и отказывается от авторства слов о памятнике Петру, доверенных Мицкевичем другу-поэту (т.е. Пушкину). Лестная характеристика Мицкевича не удерживает Пушкина от того, чтобы сознательно переадресовать слова о памятнике другому лицу: «Оно заимствовано из Рубана». При этом симптоматично, что слова, приписанные Мицкевичем Пушкину, принадлежали действительно не ему (но и не Рубану). В письме Вяземского к П.И. Бартеневу от 6 марта 1872 г. содержится информация о том, что эти слова произнес сам Вяземский. Пушкин как участник упомянутой беседы не мог не знать этого, тем не менее он ссылается на В.Г. Рубана, поэта, чуждого ему и по взглядам, и по манере письма. Тем самым Пушкин еще раз обнаруживает несогласие с Мицкевичем в трактовке памятника (и деяний) Петра, начатое им уже во «Вступлении».

Подводя итог, необходимо высказать суждение о том, что прежде устойчиво существовавшая традиция вычленения конфликта «личность и государство» и его последующая реализация посредством образной пары «Евгений — Петр» должна быть скорректирована (особенно в рамках школьной программы). Проблема «маленького человека» должна уступить место подтекстовой линии воплощения иного литературного типа, т.н. «лишнего человека» (хотя круг проблем, связанных с этим героем-типом, не актуализирован Пушкиным в поэме). Так же, как должно отказаться и от утверждения о том, что образ Петра создан Пушкиным в поэме как образ противоречивый, как образ творца-тирана. Релевантность подобных трактовок потеснена в «Медном всаднике» иной целевой задачей: создания памятника славы и трагедии.

Читать еще:  Где работал лев николаевич толстой. Лев Николаевич Толстой: краткая биография
Список литературы

1. Вяземский П. А. Стихотворения. БП. БС. 3-е изд. М.: Советский писатель, ЛО, 1986. 544 с.

2. Пушкин А.С. Собр. соч.: в 10 т. / под общ. ред. Д. Д. Благого, С. М. Бонди и др. М.: Художественная лит- ра, 1960. Т. II. Стихотворения 1823–1836. 799 с. Т. III. Поэмы. Сказки. 542 с.

Билет №3, 1 вопрос Проблема личности и государства в поэме «Медный всадник»

Поэма «Медный всадник» написана А. С. Пушкиным в 1833 году. В ней нашло отражение современное Пушкину событие — наводне­ние 1824 года. В поэме нет традиционного деления героев на глав­ных и второстепенных, и рядом с героической темой Петра звучит другая тема — тема «маленьких людей», городской бедноты, их ра­достей и страданий. В таком смешении персонажей заключен важ­ный идейный смысл: судьба обычного человека оценивается в исто­рической перспективе.

Петр I — герой поэмы. Это государь-преобразователь, он сим­волизирует новую Россию. В поэме его образ и образ Медного всадника совпадают. Вздыбленный конь готов перенести через темные воды непокорной Невы своего гордого всадника. Этот образ передает характер царя-реформатора и его реформ. Петр I не коня поднимает на дыбы, а всю Россию. В своем порыве он забывает обо всем, он смотрит только далеко вперед и не замеча­ет того, что здесь, рядом с ним.

А рядом с Великим царем оказываются простые смертные люди, которые по его воле и желанию стали заложниками стихии. Другим героем поэмы является Евгений — мелкий чиновник из обедневшего дворянского рода Его жизнь проста и незамысловата. Только про-стые житейские радости скрашивают течение дней его жизни, где каждый следующий день похож на предыдущий. И только одна меч­та, одно светлое пятно есть в череде этих дней — его возлюбленная Параша, которая живет на Васильевском острове в небольшом до­мике вместе с мамой. Но наводнение 1824 года разрушает не только дома и набережные, разбушевавшаяся стихия разрушает мир грез Евгения. Страшное наводнение застает героя на берегу Невы. Чтобы уберечься от потоков воды, смывающих все на своем пути, Евгений ищет высокое место и сам не помнит, как оказывается на площади рядом с памятником Петру I. Теперь они рядом и вместе одинаково равны перед силами бушующей воды. Евгений с ужасом и востор­гом наблюдает за происходящим, наверное, такие же чувства мог испытывать и творец великого города. Вода постепенно спадает, и первые мысли Евгения о Параше, он стремится на другой берег, на остров к милому домику. Но ужас охватывает героя при виде кар­тины разрушения — нет маленького домика на берегу, его не пожале­ла вода, он смыт, вода забрала и Парашу, и ее мать.

Горе, отчаяние сменяются ожесточением. Не помня себя, Евге­ний возвращается к тому месту, где пережидал наводнение, то есть к памятнику Петру. Но теперь совсем другие чувства переполняют, душу героя. Он почти обезумел от горя. В нем живут только боль утраты и ужас пережитого. Он ищет виновника произошедшего. Поднимает взгляд и видит над собой Великого Петра, гордого, силь­ного. И Евгений вдруг понимает, что именно царь виноват во всем, что произошло. Страшные слова обвинения и угроз вырываются из уст героя, и эти слова он обращает к царю.

Столкновение двух неравных сил представлено Пушкиным в по­эме: с одной стороны силы природы. И сродни этим стихийным силам сила Царя, сумевшего подчинить себе всю Россию, заставившего считаться с Россией другие страны и государства. А с другой сторо­ны сила чувств «маленького человека», у которого в жизни нет ни­чего, или даже если что-то есть — возлюбленная, надежда на про­стое, обыкновенное человеческое счастье, — то это все может быть разрушено в одно мгновение силами природы или самодержца, по­тому что никто никогда не будет думать о простом человеке.

По сравнению с грандиозными планами и идеями Петра мечты Евгения ничтожны. Но Пушкин далек от мысли, что его герой убог и нищ духовно. Напротив, стремление к личному счастью вполне естественно и закономерно. В изображении Пушкина Евгений -честный, стремящийся к независимости, он мечтает «себе доста­вить И независимость и честь». Более того, нельзя не отметить, что Евгений — мыслящий человек. Он понимает, что виновником гибели его счастья является «кумир на бронзовом коне».

После наводнения меняется отношения Евгения к Петру, да и сам образ Великого преобразователя тоже меняется:

Ужасен он в окрестной мгле!

Какая дума на челе!

Какая сила в нем сокрыта.

Евгений видит перед собой ужасного, грозного, беспощадного царя. Статуя как бы оживает. Против Медного всадника, который теперь олицетворяет собой твердыню самодержавной власти, вос­стает Евгений:

Медный всадник и Евгений воплощают трагические противо­речия истории, в которой государственные и личные интересы со­существуют в противостоянии.

Билет №12 1 вопрос«Гроза» самое решительное произведение Островского

После выхода из печати и постановки драмы Островского “Гроза” современники увидели в ней призыв к обновлению жизни, к свободе, ведь написана она была в 1860 году, когда все ждали отмены в стране крепостного права.
В центре пьесы — общественно-политический конфликт: конфликт хозяев жизни, представителей “темного царства”, с их жертвами.
На фоне прекрасного пейзажа рисуется невыносимая жизнь простого люда. Но вот картина природы начинает постепенно меняться: небо заволакивают тучи, слышны удары грома. Приближается гроза, но только ли в природе происходит это явление? Нет. Так что же все-таки подразумевал автор под грозой?
В этом названии скрывается глубокий смысл. Впервые это слово мелькнуло в сцене прощания с Тихоном. Он говорит: “. Недели две никакой грозы надо мной не будет”. Тихону хочется хотя бы ненадолго избавиться от чувства страха и зависимости. Под грозой в произведении подразумевается страх и освобождение от него. Это страх, нагоняемый самодурами, — страх возмездия за грехи. “Гроза-то нам в наказание посылается”, — поучает Дикой Кулигина. Власть этого страха распространяется на многих героев драмы и не проходит даже мимо Катерины. Катерина религиозна и считает грехом то, что она полюбила Бориса. “Я и не знала, что ты так грозы боишься”, — говорит ей Варвара. “Как, девушка, не бояться! — отвечает Катерина. — Всякий должен бояться. Не то страшно, что убьет тебя, а то, что смерть вдруг застанет, какая ты есть, со всеми твоими грехами. ” Один лишь механик-самоучка Кулигин не боялся грозы, видел в ней зрелище величественное и красивое, но вовсе не опасное для человека, который легко может унять ее разрушительную силу с помощью простейшего шеста-громоотвода. Обращаясь к толпе, объятой суеверным ужасом, Кулигин говорит: “Ну чего вы боитесь, скажите на милость. Каждая теперь травка, каждый цветок радуется, а мы прячемся, боимся, точно напасти какой. У вас все гроза. Изо всего-то вы себе пугал наделали. Эх, народ. Я вот не боюсь”.
Если в природе гроза уже началась, то в жизни по дальнейшим событиям видно ее приближение. Подтачивает “темное царство” разум, здравый смысл Кулигина; высказывает свой протест Катерина: хотя и бессознательны ее действия, но она не хочет примириться с мучительными условиями жизни и сама решает свою судьбу: она бросается в Волгу. Во всем этом заключается главное значение реалистического символа, символа грозы. Тем не менее, он неоднозначен. В любви Катерины к Борису есть что-то стихийное, природное, как и в грозе. Однако, в отличие от грозы, любовь приносит радость; впрочем, у Катерины это не так, хотя бы потому, что она замужняя женщина. Но Катерина не боится этой любви, как не боится грозы Кулигин. Она говорит Борису: “. Коли я для тебя греха не побоялась, побоюсь ли я людского суда?” Гроза скрыта в самом характере героини, она сама говорит, что еще в детстве, кем-то обиженная, убежала из дома и уплыла одна в лодке по Волге.
Пьеса была воспринята современниками как острое обличение существующих в стране порядков. Добролюбов так говорил о драме Островского: “. «Гроза» есть, без сомнения, самое решительное произведение Островского. В «Грозе» есть что-то освежающее и ободряющее. Это «что-то» и есть, по нашему мнению, фон пьесы, указанный нами и обнаруживающий шаткость и близкий конец самодурства. ”
В это верил и сам драматург, и его современники.

Читать еще:  Сиротин гой ты русь моя родная аннотация. Гой ты, Русь, моя родная! Анализ

Сочинение на тему: Конфликт личности и государства в поэме Медный всадник, Пушкин

Конфликт личности и государства

С творчеством Пушкина каждый школьник знакомится с ранних лет. Это и рифмующиеся стихи, и интересные рассказы, и вещие сказки. Одним из самых органичных произведений считается поэма «Медный всадник», в которой писатель наглядно, с помощью ряда метафор и эпитетов, показал конфликт личности и государства. По его мнению, подобный конфликт в России неизбежен, так как невозможно управлять таким огромным государством, учитывая интересы каждого.

Главный герой произведения — мелкий чиновник Евгений, чьи родственники были когда-то знатными людьми, а теперь он жил в бедном квартале, много работал и предпочитал простую жизнь роскоши. Много печального было в его жизни, но единственной отрадой оставалась его возлюбленная Параша, которая жила на другом берегу Невы. Как известно, Нева — неспокойная река, да и Петербург построен в зоне риска, поэтому в один ненастный осенний день случилось крупное наводнение, унесшее с собой жизни многих людей.

Среди погибших была и Параша, что отразилось на психическом здоровье главного героя. Он перестал интересоваться жизнью и бродил бездумно по городу дни напролет. Виновником своего несчастья он считал «Медного всадника». Памятник олицетворял Петра I, а, как известно, именно этому правителю-реформатору принадлежала идея возвести град в таком ненадежном месте. Читая поэму, мы видим, что Пушкин, несмотря ни на что, любит свой город, так как ласково о нем отзывается:

Прошло сто лет, и юный град,
Полнощных стран краса и диво,
Из тьмы лесов, из топи блат
Вознесся пышно, горделиво.

Но факт остается фактом: проблема личности и государства в его строчках занимает основополагающее место. Его беспокоит проблема «маленького» человека, чьи интересы не были учтены ни тогда, ни сейчас. После потери Параши, Евгений просто сошел с ума и решился пойти к каменному изваянию царя-виновника, чтобы поругаться с ним. Так как он несколько дней ничего не ел и бесцельно бродил по холоду, ему стало мерещиться, что памятник ожил и тяжелой поступью его преследует.

После этого случая герой обходил памятник стороной, а если и случалось пройти мимо, снимал картуз и виновато опускал глаза. Вина Петра, несомненно, отмечается, но в то же время, автор открыто восхищается преобразованиями этого правителя. Также Пушкин показывает, что корень конфликта кроется в разнице мышлений. Если Евгений думал и переживал о личном благе, то Петр I руководствовался благом государства. В итоге проблема личности и государства хоть и обсуждается, но остается нерешенной.

Источники:

http://izron.ru/articles/sovremennye-problemy-gumanitarnykh-nauk-v-mire-sbornik-nauchnykh-trudov-po-itogam-mezhdunarodnoy-nau/sektsiya-10-russkaya-literatura-spetsialnost-10-01-01/konflikt-petra-i-evgeniya-v-poeme-a-s-pushkina-mednyy-vsadnik/
http://studopedia.ru/15_8603_bilet—vopros-problema-lichnosti-i-gosudarstva-v-poeme-medniy-vsadnik.html
http://www.sdamna5.ru/konflikt_lichnosti_medny

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector
×
×