2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Живой язык символов жанра «ванитас». Символы на натюрмортах ванитас

Винсент Лауренс ван дер Винне и его натюрморты vanitas: где художник скрывал свой портрет?

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Живопись Ван дер Винне — это в основном натюрморты vanitas и жанровые сцены, многие из которых включают портретный бумажный эскиз самого живописца. Позже его стиль был скопирован Эвертом Коллиером, Питером ван Эйзеном и Барентом ван Эйзеном.

Vanitas (лат. «Тщеславие») — жанр натюрморта, который процветал в Нидерландах в начале XVII века. Отправной точкой зарождения жанра был голландский город Лейден, позже перешедший на всю территорию Нидерландов, а также в некоторые части Франции и Испании. Живопись vanitas содержит коллекции предметов, символизирующих неизбежность смерти, мимолетность и тщеславие земных достижений и удовольствий. Он призывает зрителя задуматься о смертности и покаяться. Художники Vanitas посвятили себя тому, чтобы донести до процветающей публики, что вещи этого мира — удовольствия, деньги, красота, власть — не вечны. Их работы провозглашают: жизнь — это все, что есть, поэтому не позволяйте ей пройти, пока не насладитесь всеми ее удовольствиями. Vanitas развился из простых изображений черепов и других символов смерти и мимолетности, часто нарисованных на оборотных сторонах портретов во время позднего Ренессанса.

Натюрморты vanitas содержат определенные стандартные элементы:
— символы искусств и наук (книги, карты и музыкальные инструменты),
— богатство и власть (кошельки, украшения, золотые предметы, оружие). Оружие и доспехи — символ власти и обозначение того, что вы не можете взять с собой в могилу.
— земные удовольствия (игральные карты). Кубки, игральные карты или кости, шахматы — признак неудачной жизненной цели, поиска удовольствий и греховной жизни.
— символы смерти или мимолетности (черепа, часы, горящие свечи, мыльные пузыри и цветы),
— символы воскресения и вечной жизни (бабочки, гусеницы, колосья или веточки плюща и лавра),
— символы непостоянства (часы или песочные часы, гниющие цветы или гниющая пища). Зрелые плоды символизируют плодородие, изобилие в переносном смысле богатства и благополучия.
Картины Ван дер Винне известны именно жанром vanitas.

Первое, что зритель видит на этой картине — абсолютно произвольное расположение элементов, беспорядок, хаос. Очень много разных предметов лежат на столе и все они являются символами vanitas. Большая потрепанная книга, небесный шар и другие научные инструменты, включая компасы, очки, указывают на несовершенство и мимолетность человеческого знания. Лютня и две флейты напоминают зрителю, что музыка доставляет лишь мимолетное удовольствие. Картина также содержит несколько символов, которые в целом относятся к смертности, такие как песочные часы, пузыри и череп. Череп увенчан лавровым венком («Конец венчает дело»).
Над краем стола висит лист бумаги с изображением самого художника. Добавляя свой собственный портрет к натюрморту Ванитаса, Винсент ван дер Винне дает своей картине дополнительное послание: все земное и человеческое преходяще, но искусство вечно, и художник увековечен своим искусством.

Данный натюрморт художника символизирует большие богатства (особенно, объединение короны и шкатулки, переполненной драгоценными камнями). Вместе они напоминают нам о том, что богатство и сила бесполезны перед лицом смерти, которая вызывает вернуться к отрывку из книги Екклесиаста в Библии (1:2 — «Суета сует», — сказал Екклесиаст. «Суета сует, — все суета!»). Папские тиары, короны и скипетры в жанре vanitas — признаки преходящего земного владычества, которое контрастирует с небесным миропорядком. Все на картине «кричит» о богатстве: мерцающие жемчужины, черные и красные драгоценные камни и жемчужно-серый мерцание кубка Наутилуса, украшенного золотыми фигурами. Когда кто-то смотрит на картину, его соблазняет богатство, которое находится перед ним, но он не может забыть о черепе, символизирующем смерть и мимолетность жизни, и все это служит предупреждением о том, что не следует быть обманутым земным богатством. Перья символизируют надежду, веру и милосердие, а также свободу (благодаря полету). Перевернутая корона символизирует, что когда-то главенствующая власть была побеждена смерть. Даже украшенный драгоценными камнями меч, который когда-то был символом могущества, не устоял перед смертью.

И в этот натюрморт художник включил автопортрет, заметно отраженный в сфере, почти в центре композиции. Включение собственного сходства художника придерживается давней традицией в голландской живописи вставлять автопортреты в отражающие поверхности (мотив, аналогично используемый Кларой Петерс, Ян Давидс де Хемом, Ян ван Эйком и др.). Образ художника, отраженный на поверхности такого деликатного носителя, как стекло, символизирует хрупкость человечества. Сфера напоминает изображение мыльного пузыря, самого распространенного мотива в натюрморте, который снова напоминает о мимолетной преходящей природе жизни.

Таким образом, картины vanitas выполняли две социально значимые функции. В первую очередь это был статус — картины с элементами богатства, власти не каждый мог себе позволить или увидеть в своей повседневной жизни. Они являлись подтверждением солидного положения владельца. Еще одна функция состояла в том, чтобы навязать обществу жесткое моральное поведение. Таким образом, предполагалось, что эти роскошные картины служат высшей цели — напомнить людям о хрупкости бытия.

Читать еще:  Что такое гамбургский счет. Гамбургский счёт - значение фразеологизма

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Живопись эпохи барокко. Жанр Vanitas. Memento mori. — помни, что смертен. (латинское выражение)

Ванитас (лат. vanitas, букв. — «суета, тщеславие») — жанр живописи эпохи барокко, аллегорический натюрморт, композиционным центром которого традиционно является человеческий череп. Подобные картины, ранняя стадия развития натюрморта, предназначались для напоминания о быстротечности жизни, тщетности удовольствий и неизбежности смерти. Наибольшее распространение получил во Фландрии и Нидерландах в XVI и XVII веках, отдельные примеры жанра встречаются во Франции и Испании.

Символы, встречающиеся на полотнах, были призваны напоминать о бренности человеческой жизни и о преходящести удовольствий и достижений:

1) Череп — напоминание о неизбежности смерти. Аналогично тому, как портрет является лишь отражением когда-то живого человека, так и череп является лишь формой когда-то живой головы. Зритель должен воспринимать его как «отражение», он наиболее отчетливо символизирует бренность человеческой жизни.

2) Цветы (увядающие); роза — цветок Венеры, символ любви и секса, которая тщеславна, как всё, присущее человеку. Мак — успокоительное средство, из которого изготавливают опиум, символ смертного греха лености. Тюльпан — объект коллекционирования в Нидерландах XVII века, символ необдуманности, безответственности и неразумного обращения с дарованным Богом состоянием.

3) Мыльные пузыри — краткость жизни и внезапность смерти; отсылка к выражению homo bulla — «человек есть мыльный пузырь».

4) Гаснущая дымящаяся свеча (огарок) или масляная лампа; колпачок для гашения свечей — горящая свеча является символом человеческой души, её затухание символизирует уход.

5) Разбитая посуда, обычно стеклянные бокалы. Пустой стакан, противопоставленный полному, символизирует смерть. Стекло символизирует хрупкость, белоснежный фарфор — чистоту. Ступка и пестик — символы мужской и женской сексуальности. Бутылка — символ греха пьянства.

6) Песочные и механические часы — быстротечность времени.

7) Книги и географические карты (mappa mundi), писчее перо — символ наук.

8) Кошельки с монетами, шкатулки с драгоценностями — драгоценности и косметика предназначены для создания красоты, женской привлекательности, одновременно они связаны с тщеславием, самовлюбленностью и смертным грехом высокомерия. Также они сигнализируют об отсутствии на полотне своих обладателей.

9) Ключи — символизируют власть домашней хозяйки, управляющей запасами.

10) Лист бумаги с нравоучительным (пессимистическим) изречением.

11) Музыкальные инструменты, ноты — краткость и эфемерная природа жизни, символ искусств.

12) Морские раковины, иногда живые улитки — раковина моллюска является останками когда-то живого животного, она обозначает смерть и бренность. Ползучая улитка — олицетворение смертного греха лености. Большие моллюски обозначают двойственность натуры, символ похоти, ещё одного из смертных грехов.

13) Глобус символ как земли, так и звездного неба.

Bartholomäus Bruyn, кон. XVI в.

Omnia morte cadunt mors ultima linia rerum (всё разрушается смертью, смерть — последняя граница всех вещей)

Pieter Claesz, 1630

Philippe de Champaigne, 1650

Jacob de Gheyn , 1603

Над аркой изображены рельеф плачущий Гераклит и смеющийся Демокрит

Simon Renard de St. André: середина XVII в.

Натюрморт с черепом: история жанра vanitas

Рождение натюрморта – история загадочного перехода от назидательных картин с изречениями к удовольствию от разглядывания деталей быта. Жанр vanitas, получивший свое название от латинского слова «тщетность», возникает точно посередине этого пути. Сделав своим главным персонажем череп, а основным посланием – слова о тщетности бытия и неизбежности смерти, ванитас пережил свою эпоху.

Все мы со школы знаем, что в живописи существует три больших жанра – портрет, пейзаж и натюрморт. Можно (и в ряде случаев – нужно), конечно, придираться к этому упрощению, например, отмечая, что жанрово-бытовая живопись возникла намного раньше пейзажа, а анималистическая живопись старше любого другого жанра.

Но меня в этом примере интересует скорее недоумение, которое иногда выражают юные умы – портрет и природа относительно понятны (даже если это иллюзорная самопонятность), но для чего нужен натюрморт? В чем вообще смысл изображения обычных предметов? Особенно сильно это удивление в эпоху существования фотографии и кино. Увы, система обучения скорее приучает нас к тому, что натюрморт просто есть, чем объясняет откуда и для чего возник подобный жанр.

Предпосылки к натюрморту формировались постепенно в нескольких областях искусства. Во-первых, это декоративная живопись – во все времена люди стремились украсить вещи домашнего обихода, а также предметы ритуала. Так, цветы и растения часто украшали оборотные стороны и створки образов, икон, входящих в моду зеркал (с XIII века) и часов (с XV-XVI вв.).

Читать еще:  Произведения для детей 5 7 лет. Художественная литература для детей

Во-вторых, это развитие книжной иллюстрации, которая часто требовала передать не только какие-то чудеса (например, драконы, антиподы, псоглавцы и прочие существа из средневековых бестиариев), но и внешний вид вещей. Поначалу это были описания статусных предметов (например, папской тиары, короны императора СРИГН и т. п.), а с развитием университетов стали востребованы подробные изображения инструментов, механизмов, предметов быта.

В-третьих, всплеск интереса к портрету в позднем Средневековье и раннем Ренессансе заставил художников экспериментировать и с фоном – вместе с человеком на картине стали появляться предметы, имеющие дополнительную смысловую нагрузку. На основе этих трех источников в XV веке возникнет особый жанр аллегорического изображения предметов – жанр «вáнитас».

Объединяющим же фактором для всех предпосылок станет очень популярный с середины XIV по конец XVI века сюжет – Данс-Макабр (Пляска смерти). Пляски смерти украшали храмы, крипты и склепы, они вдохновляли поэтов и музыкантов. Веселый скелет, провозвещающий всесилие смерти, на какое-то время задержался в виде черепа в жанре ванитас.

Впрочем, в новом виде усложнилось и сообщение: если скелет, увлекающий хоровод людей в могилу, служил напоминанием о равенстве всех перед смертью (вне зависимости от статуса и возраста), то череп на картине стал носителем философских сентенций – от вопрошания «Ubi sunt?» (Куда ушли…) до наставления «Memento mori» (Помни о смерти). Стоит также добавить, что черепа уже в прежние эпохи часто выступали элементом декора – их помещали в ниши стен, ими украшали саркофаги, что восходит к украшению мощей в христианстве.

Vanitas по латыни означает «тщетность», «суета», «пустота», «ничтожность», а также «хвастовство» и «тщеславие». Свое название жанр получил от наиболее часто используемого в качестве нравоучительной подписи изречения Екклесиаста: «Vanitas vanitatum et omnia vanitas» (Еккл. 1:2 «Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, – всё суета!»). Впоследствии это и другие наставления перекочуют из девиза под изображением в свитки и книги, изображенные на картине.

Среди других популярных изречений будут фразы о бренности жизни, о проходящей славе, о неизбежности смерти, а также о том, что все достижения похожи на сон, а сам человек – на мыльный пузырь (подробнее мы поговорим об этих изречениях ниже). Несмотря на свое название, послание картин ванитас могло быть довольно разнообразным в рамках заданной темы. Надо сказать, в оттенках тщеты человек XV-XVI века разбирался лучше, чем современный человек в чувствах в целом.

Суета сует и мертвая природа

Именно ванитас станет предтечей натюрморта, хотя изображения неодушевленной природы можно найти в любую эпоху. Хотя обычно почему-то считается, что ванитас – один из видов натюрморта, но точнее будет сказать, что натюрморт уже появился в ванитас, но по-настоящему станет отдельным жанром с ослаблением прежней смысловой составляющей.

Ванитас – это прямое (и, по сути, всегда одно и то же) сообщение, натюрморт – это изображение с косвенными посланиями, во многом контекстуальными. Дело в том, что как раз в период барокко резко поменялась сама практика использования и осмысления картин. Ванитас – гибридное порождение смыслов эпохи позднего Средневековья и религиозного Ренессанса. В те времена картина (икона, фреска, иллюстрация) предполагала в большей степени размышление, чем рассматривание.

Символическая картина мира располагала к медитации над значениями образов и распознание сюжета – например, икона прежде всего напоминает о событии или персонаже из Писания, житий и других религиозных текстов. Так и череп с парой аллегорических образов – это, по сути, текст для прочтения, ведь аллегория – аналог знака в живописи. Иными словами, череп плюс несколько знаков – это сообщение о том, что именно тщетно и в каком смысле.

Натюрморт – более поздний продукт барочного мышления, поэтому в нем уже ощутимы интенция к рассматриванию/любованию объектами (в т. ч. качеством их изображения), а также и элемент самолюбования (автор хвалится своей техникой, мастерством). Демонстрация умений – важная часть ремесла художника Нового времени, вынужденного искать частные заказы, а не надеяться на меценатов.

Более того, картина может содержать и другие сообщения, которые могли бы счесть вульгарными и пошлыми при прямой подаче. Не будем забывать, что одна из ключевых идей барокко – преобразование страстей в культурном ритуале (салонный этикет, манеры джентльмена). Меж тем отнюдь не случайно развитие жанра натюрморта произошло именно у голландцев, а также в других центрах протестантизма (Германия, Франция). Картины никогда не занимаются просто фиксацией действительности, и определенный идеологический подтекст безусловно был и у художников натюрмортов. То, что нарисовано и для кого – попытка закрепить определенное отношение между действительностью и духовным миром человека.

В каком-то смысле натюрморт и есть попытка создать алиби – мол, я просто запечатлел реальность, никаких намеков. Здесь уместно вспомнить, что в Северной Европе жанр получил название «застывшая жизнь» – Stilleben в немецком, still-life в английском (что точнее французского «nature morte», ведь часто изображались и живые существа). Это название в некотором смысле и фиксирует переход от аллегории ванитас к реалистичности и более тонким отсылкам.

Читать еще:  Формы поведения персонажей. Сознательное и бессознательное в поведении героев В.Ф

Однако если вдуматься, то голландский натюрморт – это также вполне осмысленная пропаганда национальных достижений в культуре, науке и хозяйстве. Плюс к этому сама подача сцен – «кухонный натюрморт», «охотничий натюрморт», «рыбный» и «роскошный натюрморт» – подчеркивали взгляд и привычки класса состоятельных буржуа и бюргеров. Кухня, да еще и с изображением Христа на заднем плане (картина Иоахима Бейкелара) – вещь невозможная для аристократии того периода, просто в силу снижения пафоса. Поэтому так популярны были у них помпезные и пафосные барочные аллегории с меньшим реализмом.

Классический натюрморт XVII века также будет использовать мотив vanitas, однако общий смысл постепенно будет смещаться от нравоучительно-философского высказывания к свидетельству статуса и характеристик человека. И череп теперь лишь аксессуар на столе делового, но думающего (в т. ч. и о мимолетности жизни и спасении души) горожанина.

А иногда такие натюрморты, хотя и называются «vanitas», но в обилии деталей скорее соревнуются с таким поджанром, как «роскошный натюрморт» – причем важнейший нюанс в том, что на таких изображениях не сразу и разглядишь череп. Словно художник пытался создать некий софт-ванитас, который не грузит зрителя неприятными напоминаниями о смерти (на них череп может быть наполовину скрыт бумагами, цветами, или находиться вдали от центрального плана). В настоящем ванитас череп всегда на первом плане.

Довольно интересен и пример с таким поджанром натюрморта, как «trompe l’œil» (произносится «тромплёй» с грассирующим «р») или «обманка». Создание иллюзии объема и нарушения границ картины, а также использование анаморфоз кажется одновременно стремлением к реалистическому изображению, способному обмануть глаз наблюдателя, и в то же время к чисто техническим экспериментам.

Например, известный пример анаморфозы в живописи – картина «Послы» Ханса Гольбейна Младшего – буквально разрушает иллюзию реалистичности, вписывая в изображение поначалу нечитаемое пятно (которое при взгляде сбоку оказывается уже знакомым нам черепом, намекающим на vanitas vanitatum).

Как это ни странно, но trompe l’œil – это жанр, в котором создание иллюзии призвано разоблачить те способы, которыми искусство обманывает нас. Это самая настоящая ирония в живописи, демонстрирующая прием, обращающий плоскость в глубину. В некотором смысле подобная демистификация искусства созвучна буржуазному (прагматичному) взгляду на мир и стоящему за ним протестантизму.

Любопытно заметить, что на современных работах в жанре ванитас помимо классических предметов возникают и довольно интересные переосмысления старых аллегорий. Стилистика натюрморта с черепом иногда используется и в фотографии, интерьерах, декоре. Vanitas нашего времени иллюстрируют такие объекты: посмертная маска, глянец и порножурнал (или вырезки из них), обертка от товара и упаковочный материал, фотоаппарат и пленка, видеокассета, принтер, ноутбук и сотовый телефон, кроссовки со звездами.

Особенно уместны в этом плане бренды и информационные технологии. Первые хорошо обыгрывают мимолетность достижений: брендовые вещи подкупают людей обещанием статуса и удовольствия, чего-то, что заполнит жизнь, сделает её полной, но в итоге обладание оборачивается разочарованием или желанием новой модели. Еще более уместны вторые – особенно всё, что связано с фото и видео-фиксацией, а также общением на расстоянии.

Фотографирование – крайне удачный образ для двоякой отсылки к мимолетности жизни, и одновременно тщетности её удержать (чем больше вы фотографируете, тем меньше переживаете вживую и меньше помните). Точно так же и в случае с современными гаджетами: если прежде хрупкость отношений символизировал сургуч на письмах, то теперь мы общаемся с куском пластика и светящимся экраном, утверждая этим тщетность попыток установить живой контакт с другим человеком.

В некоторых работах последних двух столетий череп сам возникает из привычного фона как в иллюзиях Дали (например, «Солдат видит предупреждение» 1942 г). Впрочем, одним из первых в этом жанре был Чарльз Алан Гилберт с картиной «Все – тщета». А вот мой самый любимый пример из современности – ванитас в МакДональдс. И, конечно, в современности не могли обойтись без котиков.

Обращение к старому жанру в большинстве случаев объясняется обычным стремлением постмодернистски обыграть классические образцы (как например, известнейшая работа Дэмьена Хёрста «За любовь Гопода»), однако, мне кажется, некоторые современные произведения показывают, что жанр жив и развивается. И человека XXI века может захватить неожиданное ощущение тщетности и мимолетности бытия прямо посреди потребительской вакханалии брендов и обещаний счастья.

Источники:

http://kulturologia.ru/blogs/210919/44198/
http://pikabu.ru/story/zhivopis_yepokhi_barokko_zhanr_vanitas_memento_mori__pomni_chto_smerten_latinskoe_vyirazhenie_3931288
http://zen.yandex.ru/media/id/5b963c03307d5800aadb6173/5c9e6e186cd1bb021f89a2fa

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector